Их тропами, что потерялись между звездами, становится зима. Вьюги замели давние мечты. Перемели года.
А декабрь, как и прежде, пахнет мандаринами и предновогодним настроением. На скользкой дороге светятся звезды. Кто-то оставляет на снегу следы, кто их ищет. Ветры перебирают промерзшие ветви на деревьях, как струны причудливых арф.
Когда они мечтали: что есть на обратной стороне месяца счастье. Теперь знают: там - их будущее, не сбылось. Потому что не Он, ни Она не знают, каким бы оно могло быть.
Когда-то снег имел для них вкус мерзлых яблок из соседнего сада. Мороз пах теплым дымом, который вился из старых сельских дымоходов: тогда печки жгли дровами и соломой. На холодном разрисованном узорами окне Она писала Его имя. Затем «стирала» своим дыханием, чтобы никто не увидел. Он спешил к Ней через сугробы снега, которые, казалось, достигали крыши и неба.
Теперь жизнь вплели в Его волосы раннюю седину. В Ее судьбу - дороги. Где-то посреди мира встречаются их воспоминания. А в сны приходит декабрь - молодой, влюбленный.
Он до сих пор жалеет, что не уберег их любви. Потому что та, вторая, стала его болью и разочарованием.
Она положила их чувства на мольберт. Зима на Ее картинах особая: грустная и веселая, холодная и теплая. Ее греют дымы из старых дымоходов. И грустью ложатся под старой яблоней две тени, руки которых держат друг другу мерзлое яблоко.