На экране появился дядя Ваня. Он сидел на диване в больших беспроводных наушниках (в них он смотрит телевизор, чтобы не мешать домашним громким звуком). Глаза его как всегда светились любовью к жизни, кожа на лице была подтянута так, что о его возрасте можно лишь догадываться.
Мою маму он помнил хорошо, поэтому я задавала вопросы через нее (мне почему-то кажется, что люди неохотно делятся рассказами о семье с малознакомыми девушками).
Оказалось, что дядя Ваня был рад вспомнить семью моей бабушки.
- Ой, помню, как же не помнить? Их старший сын, тоже Иван, со мной одного возраста был. Кажется, и отцы наши тоже ровесниками были. Как звали его отца не помню. Это где-то 1910 год, но могу ошибаться.
- А в церковь они ходили? - шёпотом спросила я маму, а она озвучила мой вопрос.
- А как же! Только мы ж старообрядцы, у нас своя была. Все остальные в соседнее село ходили, в Ракашево.
В конце дядя Ваня передал всем привет и похвастался, что ждёт очередного правнука.
Итак, теперь я знала о прадеде: фамилию (но их стали активно присваивать в 1910-х годах, до этого были лишь имя и отчество, которые писали так: Иван Евфимиев), имя, приблизительный год рождения и село, по которому могли храниться метрические книги.
Внимание, вопрос! Как бы вы поступили дальше:
- стали бы искать метрические книги,
- послали бы запрос в ЗАГС,
- предприняли что-нибудь ещё?