Действующие лица:
Великий Трагик в роли Великого Трагика.
Прима в роли Примы.
Худрук в роли самого себя.
Техперсонал: Осветитель и уборщик.
(на сцене уборщик)
Уборщик: А что вы тут сидите? Написано же было, не будет сегодня спектакля. Актеры в отпуске, режиссер в запое, только я.
(появляется Осветитель)
Осветитель: Тогда что я тут сижу?
Уборщик: И правда, чего это ты там расселся? Никого нет, никого освещать не надо, давай, слезай. Ты, кстати, не хочешь мне долг вернуть?
Осветитель: Слушай, подожди до получки, а? Будь человеком!
Уборщик: Ладно, пес с тобой.
Митрич (голос): Правильно, веди себя с людьми по-людски, и к тебе люди потянутся.
Уборщик: А ты тут что забыл?
Осветитель(одновременно с уборщиком): А ты кто такой?
Митрич (голос): А я, друзья мои, боец невидимого фронта, Митричем меня зовут. Я, понимаешь ли, дух сцены. Призрак театра! Гремлин, вращающий все тайные и явные шестеренки. И вообще я важен для баланса. Вот ты, Осветитель, вверху, а я, значит, внизу. Ну и Уборщик где-то между нами. Такая вот аллегория. А забыл я тут отвертку, но ты свет выключил и теперь не видно ни рожна.
Осветитель: Дух, говоришь? Так вот почему тебя раньше не было видно!
Митрич (голос): А это я, понимаешь, в запое был, да. Ну и вообще, когда вы, верхотурщики, вниз-то смотрите?
Уборщик: Митрич, пошли к нам? Нас тут волшебное число получается.
Осветитель: Это какое такое?
Уборщик: Это три.
Осветитель: А что в нем волшебного?
Митрич (появляется): Зелен ты еще. Три - это не просто число. В этом числе и идея, и форма, и философия. В нем, если хочешь знать, заключена вся загадка человеческого бытия. Если бы не три, то…
Уборщик (перебивает): на троих можно сообразить.
Митрич: ...то не получилось бы сообразить на троих.
(Уборщик разливает)
Уборщик: Слушайте, а ведь Митрич грамотно сказал про нас: мы втроем символизируем эту сцену!
Митрич: Протестую! Мы втроем символизируем весь мир! Я сказал так, именно так и никак иначе, джентльмены!
Осветитель: Это почему это?
Уборщик: Вот смотрите. Вот ты, осветитель. Кстати, как тебя зовут? А, не важно. Так вот ты сидишь наверху и даешь свет. Без тебя не получится всего этого волшебства, что творится на сцене, верно?
Осветитель: Верно!
Уборщик: Или вот ты, Митрич. Без тебя не будет всех невидимых штук, которых никто не видит, и при этом которые есть.
Митрич: Согласен на все сто процентов, пан! Да без меня тут все не просто развалится, нет, без меня здесь ничего не сдвинется с места, застынет в вечном стазисе, потонет в болоте пустоты и вечного ничто! Всеобщее малодушие! Никакого движения, никакого стремления, никакой динамики, товарищи! Истинное бездвижие, истинная остановка в конце маршрута!
Осветитель: Потрясающе! А ты, уборщик, зачем тут? И кстати, как тебя зовут?
Уборщик: А я вообще самый важный. Вот вы двое делаете невидимую работу с видимым результатом, а я делаю невидимый результат с видимой работой!
Осветитель: Это как?
Уборщик: Ну, убираюсь я тут.
Осветитель: Да, без этого никуда.
Митрич: Вы зря иронизируете, молодой человек. Без гражданина уборщика здесь все погрязло бы в хаосе и возрастающей энтропии. Это не только грязь, это еще и прошлое, которое необходимо забыть и стереть с пространства сцены. Это само время!
Уборщик: Отлично сказано!
Митрич: Благодарю вас, сэр! Только пожалуйста, соблаговолите не сметать пыль в щель сцены, я там изволю находиться, вдыхаю эту пыль и зело чихаю.
Уборщик: Прости, Митрич.
Осветитель: А давайте выпьем за сцену и нас с вами! Это же так здорово, что вот мы - и сцена! Я хочу сказать, что вот мы - это и есть сцена, и мы вот сейчас на сцене, и вот кроме нас…
Митрич (перебивает): За сцену!
Осветитель и уборщик (хором): За сцену!
Уборщик: А все эти актеры, режиссеры…
Осветитель: И худрук!
Уборщик: И худрук тоже. Так вот они лишь мелкие камушки в ожерелье, которое мы именуем сценой.
Митрич: Спору нет, сии достойные господа явно небесполезны. Однако же сударь-уборщик прав, они лишь органичное дополнение той прекрасной картины, кою творим мы. Развивая эту мысль, добавлю, что при некоторой сноровке мы могли бы создать представление вообще без оных господ!
Осветитель: Долой актеров! Долой режиссера! И особенно долой худрука!
(Появляется худрук)
Худрук: А ну марш со сцены! Мы тут передумали и решили. Спектакль будет.
Митрич: Уважаемый товарищ господин худрук!
Уборщик: Да. Мы тут покумекали и тоже решили. Спектакль будет только если вы нас хорошо попросите.
Худрук: Так. Ты, уборщик, марш со сцены, там в моей гримерке пролился грим. Ты, Митрич, марш под сцену обратно в свой запой! А ты, осветитель… Друг мой дорогой осветитель, как тебя, кстати, зовут? А, не суть. Так вот дорогой мой друг! Мы же с тобой всегда друг друга хорошо понимали! Ты меня очень обяжешь, если сегодня на спектакле…
Осветитель: Понял, ухожу.
(все, кроме худрука, уходят)
Худрук (в зал): Уважаемые зрители, любезная публика! Позвольте представить вам нашу Приму и нашего Великого Трагика!
(Появляется Великий Трагик, поскальзывается, падает в неожиданно открывшийся люк)
(Появляется Прима, поскальзывается, падает в неожиданно открывшийся люк)
Худрук: Да-с…
(На худрука падает прожектор)
(Занавес)
(На поклон выходят Осветитель, Уборщик, Митрич. Никто не аплодирует)
(На поклон выходят Прима и Великий Трагик, в зале аплодисменты, перетекающие в овацию, скандируют “Худрук!”, выходит худрук, в зале аплодируют стоя).
Уборщик: Ну и где справедливость?
(КОНЕЦ)