«Каждый день несу мужу вечером с работы две-три бутылки пива. Домой иду, и всегда страшновато, потому что не знаю, в каком настроении он с работы придет. Только пиво и спасает. Потому что когда он трезвый, то постоянно придирается ко мне и к сыну. Вот позавчера мыла посуду, и нечаянно его немного обрызгала мыльной водой. Так он меня так пнул, что аж синяк появился! А все потому, что трезвый был. Живу как на вулкане, не знаю, в какой момент и что именно ему будет не так. Поэтому ставлю перед ним бутылку холодного пива сразу же, как только он приходит домой и садится ужинать.
Часто приходится и самой с ним выпивать. Он компании требует. Говорит, что не алкоголик же он, чтобы каждый день один пиво пить. А как только хмелеет, сразу же добреет. Как отпускает его. Улыбается, шутит. К ребенку ласков, даже уроки помогает ему делать. Вот так и живу – лишь бы успеть втиснуть ему пиво до скандала. Что же до секса, то я уж и не помню, когда это было на трезвую голову. Только под хмелем. Да в последнее время это все реже и реже происходит. Но это уже мелочи. Ведь главное – это семью сохранить. Ради ребенка. Да и люблю я своего мужа. Не смогу без него. Просто у него характер такой».
Эта женщина попросила моей консультации онлайн, не как пациентка, а просто хотела получить совет психолога. Что тут можно сказать? Типичная созависимость жены. Она не осознает, что создает все необходимые условия для того, чтобы алкоголизм мужа развивался и прогрессировал. Ложные мотивы – сохранение семьи, скрывают всего лишь страх принять решение. Страх агрессии мужа есть, но еще сильнее страх остаться одной. И ради этого можно закрывать глаза на происходящее. И даже более того – самой способствовать ухудшению состояния мужа.
А при алкоголизме, особенно начиная со второй стадии, происходят необратимые изменения в психике человека. Муж этой женщины итак имел депрессивно-вспыльчивый склад ума, а с формированием алкогольной зависимости и присоединением на второй его стадии алкогольного абстинентного синдрома, внутренняя предрасположенность к аффективным вспышкам и эмоциональным колебаниям на фоне вечно хмурого настроения переросла в отчетливое повреждение этой сферы. И так произошло связывание настроения человека с наличием алкоголя в организме.
Это как научить медведя пить водку.
Раньше во многих цирках в целях повышения качества дрессировки и на потеху публике медведя приучали к алкоголю. В состоянии опьянения опасный и непредсказуемый зверь становился добрым и покладистым. Он с удовольствием плясал под дудку дрессировщика, и проделывал разные сложные трюки. Но когда действие спирта в организме мишки заканчивалось, для него начинались тяжелые похмельные времена. И в этом состоянии он запросто мог разорвать любого дрессировщика, который выкормил его у себя на коленях. В дальнейшем в связи с огромным количеством несчастных случаев спаивание медведей во всех цирках было запрещено.
Вот и получается, что алкоголь, как таковой, не является источником негативных эмоций. Но в рамках развития синдрома зависимости может сильнейшим образом обострять и деформировать то, что уже заложено было в человека со дня его зачатия. Отсюда жестокие преступления в состоянии алкогольного опьянения, затяжные депрессии и суициды на фоне тяжелого похмельного синдрома, тотальная лживость и лукавство у всех, злоупотребляющих алкоголем.
Одним словом, теперь эту семью в будущем ждет только ухудшение ситуации.
Если только жена не одумается…
