Я сижу за столом на кухне, просчитывая теоретическую возможность сбежать через окно восьмого этажа.
На дворе 1996 год, мне 4 года, и бабушка, сидящая рядом, твердо решила научить меня считать.
- Ася, сколько будет два плюс два?
- Я не зна-а-аю, - в который раз зло и глухо повторяю я
- Ну как же. Я же тебе объясняла! Вот у тебя - два яблока, а вот у меня. Два плюс два - четы-ы-ыре. Поняла?
⠀
Я ненавистно кошусь на тарелку с горой яблок, стоящую сбоку. И точно знаю, что там в пакете за дверью есть еще.
- Да почему четы-ы-ыре-то, я не понима-а-аю, - начиная истерику, завываю я. Сжимаю кулаки и зубы.
Любые предметы класса исчисляемых вызывают искреннюю ненависть. Бабушка, всю жизнь проработавшая учителем алгебры и геометрии, страшно бесит. Подумываю, как бы нахамить так, чтобы она отстала, но вечером всыпали не слишком сильно.
⠀
Ну не понимала я, почему все яблоки квартиры обнулялись только потому, что несколько из них угодили в бабушкины арифметические сети.🙄
⠀
Это мое первое воспоминание о точных науках и по совместительству развилка, где я выбрала дорогу из желтого кирпича с крупной табличкой "ГУМАНИТАРИЙ".
Второе воспоминание - счетные палочки в первом классе. На уроках я складывала из них домики с заборчиком.
Не знаю, как меня не разоблачили - но до сих пор не знаю, как использовать их по математическому назначению.
⠀
Третье - домашка. Математика по учебнику Петерсона с усложненным исподвывертом. Обед из трех блюд, 20 минут на переваривание с любимым дедом, и за уроки. Учить уроки я ненавидела, а переваривание с дедушкой обожала.
Помимо шкафов с книгами (с пронумерованными полками и описью!) у деда были две толстые тетради: одна с выписанными понравившимися произведениями, а вторая - с его собственными стихами.
⠀
Благодаря нему, читать я любила безмерно.
В три я научилась извлекать из книг смыслы, и с тех пор не останавливалась. Только читала не то, что задавали в школе, а то, что стояло в волшебных дедушкиных шкафах.
Рассказ за рассказом, книга за книгой, полка за полкой.
Гулять с другими детьми я могла только 3 месяца в году - летом, в деревне. В городе до 8 класса гулять во дворе было запрещено, но я не очень-то и расстраивалась по этому поводу. Ведь остальные 9 месяцев в году во мне рождался благодарный читатель.
А как известно силами книжной эволюции каждый читатель однажды перерождается в писателя.
Дед, ты бы мной гордился.