"Автомобиль стал частью одежды, без которой мы чувствуем себя неуверенными, неприкрытыми и незаконченными."
Есть два чемодана с двусторонней связью, напичканных электроникой. Когда нужно попасть внутрь машины и завести ее, один человек должен оказаться рядом с водителем, другой — с автомобилем. Представь себе парковку возле супермаркета: владелец машины с бесключевым доступом выходит, закрывает ее касанием пальца и отправляется за покупками. В это время один из нас идет за ним, а второй встает возле водительской двери и через какое-то время начинает дергать за ручку или нажимать кнопку отпирания замков.
Машина тут же посылает сигнал на ключ, и в это время чемодан, скажем, номер один перехватывает весь радиоэфир, все волны и частоты, что есть в округе, и передает их на чемодан номер два. Тот, находясь рядом с владельцем, отсылает абсолютно все сигналы, и один из этих сигналов, тот, что от машины, попадает на ключ. В общем, происходит постоянный обмен радиоволнами, благодаря чему угонщик отпирает дверь автомобиля. Точно таким же способом при помощи кнопки запускается двигатель — и дело сделано.
Кстати, устройства эти довольно тяжелые, да еще и излучают радиацию. Это сильно подсаживает здоровье, но жажда легкой наживы все равно пересиливает. Владелец никогда не поймет, что его преследует человек с рюкзаком или сумкой, выбирающий огурцы в соседнем торговом ряду. Сигналы улавливаются на расстоянии до 50 метров, поэтому угонщику достаточно встать за дверью квартиры владельца, пока тот мирно спит, и если ключ от машины лежит где-нибудь в коридоре, наутро хозяин своего автомобиля не увидит.
“Бутерброд” — это когда у угонщика есть несколько блоков управления двигателем для нужной модели, которые для удобства транспортировки скреплены изолентой. Или блок управления двигателем и еще какие-то микросхемы для установки в автомобиль. Угонщик вскрывает капот или одну из дверей, заменяет один блок другим и заводит машину принесенным заранее ключом.
Еще можно завести автомобиль через диагностические разъемы и CAN-шину. Чаще всего нужный разъем находится в двери водителя, где высверливается отверстие, и туда подключаются блоки. Штатные сигнализации отключаются примерно за минуту, затем через другие разъемы заводится машина, но уйти на это может от 10 до 30 минут, пока пропишется новый ключ.
Код-грабберами сейчас заводят только старые машины, например, с автозапуском. Код-граббер привязан даже не к марке или модели машины, а к конкретному типу противоугонного устройства, установленному в ней.
“Рука” многофункциональна: современными девайсами угонщик может вскрыть и завести практически любое авто.
Угнать машину при помощи “чемоданов” может любой школьник, поэтому проблема сейчас в другом: как уехать на этой машине так, чтобы не поймали. Все крупные города России опутаны сетью видеокамер.
— Я слышал, что многие машины угоняют для того, чтобы потом разобрать на запчасти.
Много лет назад бизнес по разбору запчастей процветал, были трудности с доставкой, долго приходилось ждать ту или иную деталь. Все давно кончилось, теперь это развитая сеть, цены стали приемлемее. Неактуально. Остались только узконаправленные “фарщики”, “бамперщики”. Они воруют фары, бамперы, рули, подушки безопасности у дорогих моделей машин: в основном те детали, которые легко украсть.
Дешевые автомобили чаще всего воруют “под доноров”. Покупают разбитую машину за бесценок, угоняют точно такую же и из разбитой собирают новую при помощи узлов от угнанной.
Дорогие модели чаще вывозят за рубеж. В основном в страны СНГ, но сегодня наиболее актуальное направление для угонщиков — Сирия.
Весь "бизнес" сейчас работает так: нечистые на руки полицейские или бывшие сотрудники органов находят молодых людей, вручают им нужные технические средства, и те угоняют свой первый дорогой внедорожник. Новичок рад, он смог заработать первые несколько тысяч долларов, но даже не подозревает, что его уже взяли на "карандаш" те же люди, что привлекли в этот бизнес. До какого-то времени угонщики работают, а на них собирается необходимый материал.