Внимание! Из-за большого объема истории, будет выпущено три статьи. Чтобы не пропустить продолжение, советуем подписаться на канал. Спасибо за Ваше внимание.
Так повезло, что «учебка» у нас была прямо в бригаде, но только в отдельном отряде от разведывательных рот, где были только полугодки. В учебной роте были, так называется, дедушки полугодки, но только за пределы учебки они нигде не были.
Все полгода мы считали, что в соседнем отряде, где служат такие же срочники, только в разведывательных ротах, состоят из одних зверей и монстров.
Полгода учебной роты пролетели очень быстро. Постоянные марши на длинные дистанции, тактико-специальные учения, стрельбища каждую неделю, прыжки с парашютом.
За полгода, командиры смогли слепить из нас настоящих мутантов, которые готовы на все. Может на это повлияло перевод офицеров из отряда контрактников, может личные качества каждого, но по окончанию учебной роты, наша учебная рота смогла почти по всем показателям обойти разведывательные роты соседнего отряда.
И вот пришло время распределения. Кто-то отправился в отряд связи, кто-то в отряд обеспечения, ну а наш взвод отправился в роту разведчиков. Не нужно думать, что связь и обеспечение не относится к разведке, нет. Это такие же разведчики, только специальности разные.
И вот наш взвод заходит в новое расположение. На тумбе распластался сонный полугодка, оттянув свой ремень до колен:
- О, свежее мясо пришло, - улыбчиво сказал «дед» ( как они любили себя называть). – Завтра в наряды пойдете, зелень!
На момент, когда мы пришли в их роту, им оставалось отслужить по пару месяцев, поэтому они считали себя полноценными дедулями. Большая часть роты состояла из дворового сброда, которое верит в плоскую землю и «дембелизм» от года службы.
Знакомство прошло неудачно. Увидев нас на ЦП, каждый начал строить из себя спешл-разведчика, который прошел две кампании, а сейчас собирается еще и в Сирию.
Меня и двух сослуживцев поселили в крайний кубарь, где в соседней комнате ютились «дедушки». После вечернего развода, мы как всегда шли к умывальникам и поласкали ноги холодной водой.
И тогда случилось то, чего я никак не мог ожидать. Зайдя в кубарь, я увидел «дедушку», который роется в сумке моего сослуживца. Увидев меня, он даже не вздрогнул, выкладывая вещи на кровать.
- Проверяю на запрещенные предметы.
Промолчав, мы улеглись спать. Некий страх все-таки присутствовал. Мысли о том, что эти «разведосы» закаленные бойцы, никак не покидало голову.
И вот прошло около месяца службы в новой роте, нервы начали постепенно сдавать у всех и само собой произошел всплеск, когда кучка «дедов» решили перед своим «дембелем» показать нам, как нужно служить Родине.
У нас был очередной марш до полигона. Дистанция составляла около 100 км. Когда в учебной роте за нами мог приехать КАМАЗ, то в разведроте за нами могли приехать только пинки.
И вот два «дембеля» решили скинуть свои вещи на нас. Как это, парни устали от 10 км марша, а им домой еще ехать через пару дней. На отказ, они начали огрызаться, созывая свое «дедушкино» братство.
Четвертая группа, куда входили я и два сослуживца, состояла из всех дедушек. По плану, все четыре группы разделяются по разным маршрутам и выполняют разные задачи, поэтому мы остались средь всех дедушек, подмоги не ждать.
И на привале, дедушки решили продемонстрировать свой стальной характер. Хоть в армии все состоит из мата, даже мысли, но писать буду культурно:
- Вы че, зелень, совсем страх потеряли?
- Да им черную нужно устроить! Чтоб не забывались!
- Строиться, зелень!
Имея закаленный характер, который подарила учебная рота, мы пошли в очередной отказ и получили жесткие «приветы» от дедушек. Было очень обидно. Толпой осаживать троих бойцов. Но тогда они поняли, что в любом случае мы не будем стоять и молчать. Парочке прилетели и наши «приветы».
Весь марш я шел с обидой на душе. Их ехидные взгляды и постоянные ухмылки просто выворачивали меня. К чему такое отношение к молодым, я понять не мог.