На следующий день в девять утра мне позвонила свекровь.
- Тань, спектакль в одиннадцать, поэтому через час я заеду.
- Хорошо, будем вас ждать, - ответила я.
С Иришкой я провела работа насчёт театра. Объяснила ей, как там и что, надеясь, что дочка не испугается, как это было в цирке.
Когда приехала свекровь, я ей объяснила, что Иришка может испугаться и заплакать.
- Ой, Тань, не беспокойся, что я с ребенком не справлюсь? – беспечно ответила Марина Алексеевна.
- Справитесь, конечно, я просто предупредила, чтобы вы были готовы к сюрпризам.
Поцеловав Иришку и пожелав ей хорошего похода в театр, я закрыла за ними дверь и решила попить чая в тишине, стащив у дочки из подарка конфетку. Только я развернула свою «добычу», как в дверь позвонили.
- Неужели Иришка со свекровью что-то забыли, - удивилась я и пошла открывать.
Распахнула дверь. На пороге стоит Лешка.
- Привет. Ты чего? – спросила я.
- Привет. Поговорить хотел.
- Так мы уже, вроде, все обговорили и переговорили ни по одному разу.
- Тань, давай поговорим еще разок, последний, - попросил он.
- Ну, давай поговорим, - вздохнула я.
Лешка вошел, а я ему сказала:
- Раздевайся, проходи, я чай пошла пить.
Он глазами похлопал, но ничего не сказал. Но удивился, что я не стала его ждать, пока он разденется и пройдет.
- Тань, а меня чаем угостишь? – спросил Леша, входя в кухню.
- Хочешь чая, делай сам, - пожала я плечами.
- Я, вроде как, у тебя в гостях.
- В гостях? А я тебя не звала. Если бы пригласила, то и стол бы накрыла и чай подала, а так. Сам пришел, сам себя и обслуживай.
Прибалдевший от моей наглости Леша молча взял кружку и налил себе чай.
- А ты изменилась, - протянул он.
- Я знаю, ты об этом хотел поговорить? Можно считать разговор оконченным? Если честно, то у меня есть свои дела, поэтому либо говори, зачем пришел, либо давай прощаться.
- Тань, я поговорить хочу про нас, про развод.
- Опять? Мы уже говорили, хватит по кругу бегать. Я хочу развод. Точка.
- Может не стоит торопиться? Может, попробуем все наладить?
- Ничего не получится. И, вообще, что ты так боишься развода? Что за штамп в паспорте держишься? Я не пойму…
- Я боюсь, что стоит нам развестись, и ты себе другого найдешь, - протянул он.
- Ты это как представляешь? Выйду на площадь с транспарантом: «Я – Таня, я – свободна! Мужики!!! Налетайте!».
- Нет, но…
- Что но? Тебе штамп в паспорте не мешал гулять.
- Тань, ну послушай…
- Леш, не хочу я ничего слушать… Я устала. От тебя, от твоей мамы, которая как что, так кричит, что ты мой муж и я тебе должна. Я просто хочу развестись. Отпусти меня уже, наконец, дай спокойно жить и воспитывать ребенка.
Леша вздохнул и попытался зайти на второй круг объяснений, доказать мне, что я тороплюсь с разводом и все в этом духе, но я уже не слушала, повторяла на одной волне, что я устала от всей этой бодяги.
В итоге, он ушел, кинув на прощанье:
- Я дам тебе развод, как и обещал. Тихо, спокойно. Только посмотрим, кому от этого хуже будет.
- Надеюсь, что всем будет только лучше, - проговорила я, запирая дверь.