Те времена, когда считалось, что предназначение женщины заключается только в продолжении рода человеческого, уже прошли.
Современная женщина стремится к карьере, к получению статуса заслуженного работника в какой-то отрасли и признанию ее, как общественного деятеля или научного сотрудника с высоким имиджем.
Чтобы достичь таких высот, ей нужно много времени посвящать своей работе. Дети в эту схему никак не вписываются. На самый крайний случай такая женщина если и родит ребенка, то воспитывать его будет сначала детский сад, потом школа, институт или техникум. В общем, участие матери в воспитании ребенка исключено.
Но есть и другие матери. Родив одного малыша, они отказываются от карьеры и живут только ребенком, потакая всем его прихотям и готовя для общества чуть ли не вундеркинда.
На все замечания со стороны мужа и родственников, зачем она так чересчур опекает ребенка, ответ один: "Я же мать". Даже тот факт, что она родила ребенка, «Яжемать» возводит в ранг подвига.
Вопрос материнства довольно спорный. Одна женщина родит восемь детей и будет каждого опекать, как клуша цыплят. У другой двое детишек, но она к ним совершенно безразлична и занята только своей карьерой.
Есть третий тип женщин: воспроизведут на белый свет одного наследника и забудут обо всем на свете. В своем чаде они видят нечто, способное перевернуть мироздание. И с детства предоставляют ему неограниченные возможности, чтобы только показать всему миру, на что он способен.
Конечно же, это преувеличение. Но все-таки, кто из этих типажей лучше?
Обыкновенная женщина, которая просто выполняет свой материнский долг: рожает, растит, воспитывает и дает своему ребенку свободу выбора. Она не станет бить себя в грудь, повторяя: «Я же мать». Она будет просто способствовать всестороннему развитию ребенка, дав ему свободу выбора.
Есть еще четвертый типаж женщин: они просто не желают иметь детей. Пожить для себя, не обременять себя лишними заботами – это женщины, которых называют чайлдфри или же беззаботными мотыльками-однодневками, которые не видят себя мамами: пусть кто-нибудь другой продолжает род человеческий.
Но если все станут так мыслить, если ты, человек, так бесследно уйдешь, для чего ты тогда живешь?