Амиталовое интервью или амитал-кофеиновое растормаживание – одна из методик, практиковавшаяся в советской психиатрии. Последняя в СССР зачастую играла роль не столько медицинскую, сколько репрессивную. А потому ее возможности очень интересовали правоохранительные органы и спецслужбы страны.
Сыворотка правды
Так традиционно называют препарат, используемый в кино и художественной литературе, чтобы добиться от преступника признания. Якобы укол такого вещества снимает все рамки и контроль и обвиняемый, сохраняя при этом трезвость мысли, с готовностью выдает все секреты. Существует ли реально такое соединение? И какое отношение оно имеет к советской психиатрии?
Существует информация, что впервые подобные вещества (на основе опия) использовали еще в Италии в XVIII веке, чтобы заставить подозреваемого сознаться в совершенном преступлении. Научную же основу под исследования подвел американский акушер Роберт Хаус, который использовал настойку белены в качестве обезболивающего для рожениц. При этом он обратил внимание, что, будучи под действием препарата, женщины находились в эйфорическом состоянии и без возражений выполняли приказы врача, но сохраняли память и ясность мысли.
В 20-30 гг. прошлого века различные препараты под общим названием «сыворотка правды» использовали при допросах и в США, и в СССР. Американцы экспериментировали со скополамином (соединением, содержащимся в белене и некоторых других пасленовых), мескалином, ЛСД и даже марихуаной. В Советском Союзе специальная «Лаборатория X» под патронажем НКВД вела собственные разработки.
По некоторым сведениям, одним из первых успешно примененных препаратов были соединения на основе рицина – сильного растительного токсина. Правда эта информация подвергается сомнению, так как рицин в несколько тысяч раз более ядовит, чем цианистый калий, а потому его правильная дозировка – очень сложное дело для времен почти вековой давности.
Доподлинно известно (из воспоминаний советского резидента Михаила Любимова), что в 60-х проверенное и эффективное средство под кодовым названием «болтунчик» в СССР существовало и активно использовалось спецслужбами. Состав добавляли в напиток, предлагая его «клиенту» при допросе или разговоре – в зависимости от ситуации. При этом было важно, чтобы применение препарата осталось незамеченным – в противном случае объект вполне мог ему сопротивляться.
Подтвержденные случаи применения
Да, абсолютно эффективными спецсредства СП-26, СП-36, СП-108 и СП-117 (по всей видимости – лишь некоторые из огромного множества разработанных и используемых в СССР) не давали. Впрочем, как и иностранные аналоги. Но в большинстве случаев для получения требуемой информации было достаточно и нескольких фраз, оброненных в «порыве откровенности».
Известно, что первые три из вышеперечисленных препаратов применялись в ходе расследования диверсии на Вильнюсском станкостроительном заводе «Жальгирис». Сохранился подтверждающий этот факт протокол от имени председателя КГБ Г. К. Цинева, а также рекомендации по применению «сыворотки».
Один их высокопоставленных руководителей КГД О. Д. Калугин рассказывал, что препарат СП-117 использовался в структурах для проверки лояльности агентов. Плюсом данного соединения было полное отсутствие вкуса и запаха, что облегчало его применение. СП-117 использовался и в после распада СССР (и по-видимому используется и сейчас). Есть информация о его применении в ходе дела Пичугина, а также к Ивану Рыбкину и Михаилу Максименко (кто это – погуглите).
Амиталовые интервью
Амитал натрия – психоактивный препарат, который широко использовался в советской психиатрии для «растормаживания» пациентов с мутизмом и диссоциативными расстройствами личности. Вещество помогало больному расслабиться, а врачу – «проникнуть внутрь» личности пациента, установить с ним доверительный контакт и получить ответы на вопросы. Амитал натрия по сути действовал как сыворотка правды, а потому использовался для получения нужных показаний – как врачами, так и спецслужбами.
Существует информация (А. Подрабинек «Карательная медицина»), что амитал натрия применялся также в психлечебницах к диссидентам и прочим несогласным. Метод растормаживания позволял выведать у объекта исследования его убеждения и использовать их в качестве доказательства для формирования общественного мнения и при ведении уголовного дела. Правда, опытные диссиденты, такие как В. Буковский или С. Глузман говорили, что метод не очень эффективен и при наличии определенных навыков действию препарата вполне можно сопротивляться.