Одной из самых впечатляющих картинок "падения режима" в марте 1917 года для меня лично всегда была реакция на серию отречений со стороны монархических организаций.
В Иркутске о конце Империи узнали 2 марта. На следующий день образовали Комитет общественных организаций, митинговали и манифестировали, а к вечеру начали выпускать политических из тюрьмы. В это же время в охранном отделении горела документация по местной агентуре. Так, что 4 марта, когда туда пришли за базой для люстрационных списков - вынимать было уже нечего.
А 6 марта Иркутский отдел Союза русского народа на своем собрании "обсудил создавшееся политическое положение в России" и направил в исполком Комитета общественных организаций г. Иркутска заявление о том, что:
в виду отречения Государя от Престола, главный пункт устава о самодержавии естественно сам собою отпадает и отпал, новые же события указали, что настоящий переворот в правлении России совершился по воле Народной, а так как Союз есть действительно народная партия, то он с своей стороны считает своею прямою обязанностью немедленно подчиниться общенародному желанию и беспрекословно присоединиться к новому правительству.
[опубликовано в газетах "Сибирь", 1917, 9 марта, Стр. 2 и "Иркутская жизнь", 1917, 12 марта, стр. 6]
Не самораспуститься. И даже не подчиниться, а именно "присоединиться к новому правительству".
А как дышал. Как дышал.
* Заглавная картинка из какого-то юмористического журнала 1906-го, кажется, года. Увы, не смог вспомнить.