Конечно, ещё до просмотра обидно за государство, за ограниченность отдельных индивидов, его представляющих, за лучший лозунг современного российского общества - “сила, наглость и хамство”. За критический ежедневный идиотизм, который смешнее, чем то, что пытаются создать комики и что может быть хотел создать Красовский. За абсурд, который в совокупности с идиотизмом, делает ситуацию довольно грустной.
С какой стати “война” стала совпадать со словом “святость”, и в какой момент два порока человеческого существования стали запретным плодом для обсуждений? Пока военно агрессивные танцуют на костях, презентуя танки и прочие средства вооружения, грозя маленьким завистливым кулачком открытому миру, всё больше погружаясь в промёрзлое годами болото, искать себе место в пока ещё говорящем интернете вынуждена весьма средняя по качеству и написанию театральная постановка одного достаточно талантливого сценариста и режиссёра.
Тема жива и безусловно актуальна. Сама идея достаточно оригинальна, в полубедствующем российском кино такая заявка хотя бы словами выглядела вызывающей интерес. Однако, на деле у Красовского не получается практически ничего, кроме как в очередной раз произнести те истины, которые людьми, способными видеть и понимать, уже приняты. Открытий не будет. Несмотря на небольшой хронометраж и театральный стиль, который в формате фильмов всегда вызывает интерес, в какой-то момент “Праздник” становится просто скучным. А в затем ещё и неудобным. В целом, правильный сценарий и правильное развитие сюжета обеспечивают постановку смыслом, а вот для реализации у неё обеспечения нет.
Запрещать здесь, безусловно, нечего. Цензуры вообще не должно быть, как таковой. Но опять же, поскольку будущие результаты государственного развития всё равно будут тождественны Хаксли и Оруэллу, подобные фильмы вынуждены искать зрителя иными путями. При этом, хотя ситуации и похожие, нельзя сравнивать Красовского с Учителем или Иануччи. В первом случае “Матильду” толком никто запрещать не думал, и вся история больше напоминала среднее арифметическое между хайпом и шизофренией, в случае с Иануччи важно было избавиться от внезапно поступившего, даже смешного, инакомыслия из-за рубежа. “Праздник”, якобы, является кощунством для переживших блокаду, и инициатива должна была исходить со стороны потенциальных зрителей. Да только после выхода фильма обвинять его категорично не в чем. Блокады-то, как таковой, нет.
Разве что можно обвинить фильм в неудачной отработке. По факту лента была подготовлена под комедию положений. Положения остались, они качественные, яркие, читаемые и действительно соответствующие происходящему. А вот комедии у Красовского нет никакой. Отдельные элементы можно назвать сатирой, всё остальное - уровень безэмоциональности, буквально - постановки регионального театра. Причины, по которым персонажи скрывают своё богатство и сами методы сокрытия вроде бы должны создавать уровень комичности, но на третий раз от них уже отдаёт неловкостью и отторжением. Этому помогает и крайне утрированная игра одних, более опытных актёров и крайне бедственная других. В итоге, выходя на слова и сравнения современного общества с тем, якобы блокадным (за пределы дома в фильме не выйдет никто, пространство максимально сжато и до конца, на самом деле, почувствовать, что за стенами идёт война, не поможет ничто), режиссёр теряет зрительскую волну, пытаясь всеми силами крикнуть что-то вдогонку. На крик оборачиваются, хвалят за то, что вложенный текст правильный, социальный, но чувств не испытывают и уходят дальше. Такое ощущение, что с персонажами, погрязшими в фальши, фальшивить стали все лица, занятые в фильме.
В любом случае, стреляющий в постановке пистолет стреляет в никуда, а выключенный свет в момент кульминации является не более, чем испугом. Фильм ничему не научит, а в обществе ничего не изменится. Хотя веру всё-таки стоит оставить в покое - хочется впоследствии узнать, что хотя бы один из людей самоназванной и крайне деструктивной “высшей касты” посмотрит постановку Красовского и попытается осознать то, что не смог ранее.
12.1.2019