Я шел один дорогой темной,
Была зима - декабрь был,-
И лес, весь снегом занесенный,
В оцепенении застыл.
Была дорога скользкой, трудной,
И я тащился наугад,
Навстречу пустоте безлюдной,
И не было пути назад.
Над голой ветреной равниной
Плясал снежинок хоровод,
И было немо и пустынно.
Нависший серый небосвод
Скрывал созвездий паутину,
А ветер тучи в клочья рвал
И, царствуя один бесчинно,
То выл, то плакал, то стонал.
Смотря на сей пейзаж замерзший,
Укутанный ночным плащом
Я шел усталый и продрогший,
Все время думая о том,
Как неприветлива дорога
В морозную, глухую ночь,
Молил я неустанно бога,
Чтоб путнику он смог помочь.
Катилось время безотрадно
В туманном сумраке зимы.
Хотел уж я идти обратно,
Но, бросив взгляд свой на холмы,
Увидел пламя небольшое
(Костер горел совсем вблизи)
И воспылав к нему душою,
Свернул с заснеженной стези.
***
Костер горел тем мягким светом,
Каким в камине он горит,
Он был как сновиденье лета,
Что согревает и бодрит.
И вьюга бешено крутилась,
Из снега статуи лепя,
Но пламя ровно вверх струилось,
Не обжигая, не слепя.
Там трое путников сидели,
Ведя неспешный разговор,
Их лица в пелене метели
Я ясно помню до сих пор.
Один, лицо чье было бледно
(Сидел он ближе всех ко мне),
Одет был скромно, даже бедно,
В каком-то рваном зипуне.
Второй, с лицом высокомерным,
Был разодет, как фон-барон,
И речь его звучала мерно,
Перекрывая ветра стон.
А третий был каким-то странным,
Лицо менялось каждый миг,
То он ребенком был забавным,
То вдруг - морщинистый старик.
Поднялся первый мне навстречу,
Промолвил он: “Бог в помощь, брат.
Я вижу, ты идешь далече,
Тебя я видеть очень рад.
Поговорим с тобой о жизни,
-Садись, погрейся у костра,-
На свете вещи нет капризней,
Не верь тому, что жизнь - игра.
Я знаю, трудно жить на свете,
Где радость с грустью пополам,
Где нужно быть за все в ответе,
Да ты все, верно, знаешь сам.
Я дам тебе совет как другу,
Тебе ведь нужен он сейчас,
Чтобы пройти метель и вьюгу
И выстоять в сей грозный час.
Величие твое есть сила
И в сердце вечная любовь,
И как бы жизнь тебя ни била,
Верь неустанно вновь и вновь,
Что лето будет после стужи,
И Бог спасет тебя опять
В тот миг, когда никто не нужен,
И ты идешь по жизни вспять.
А как спасен ты будешь Богом,
Сам стань ты им, хотя б на час
И одари добром убогих,
И сделай это без прикрас.
Слова что ветер. Может что-то
Захочет он тебе сказать”,
Кивнул второму с неохотой
И сел задумчиво опять.
Второй, с презрительным прищуром,
Зевнув, проговорил: “Как знать,
Но думаю, что на смех курам
Вся эта божья благодать.
Не верь ты Богу, он обманет,
Ведь он известный пустозвон.
Твоя молитва в Лету канет,
И не услышит он твой стон.
Чем Богу без толку молиться,
Ты лучше слушай сам себя,
Ведь к славе должен ты стремиться,
Себя, не ближних, возлюбя.
Ты сам есть Бог, и пусть все знают,
Как тяжела рука твоя,
К твоим стопам пусть припадают.
Ты - их защита, их семья.
Пусть деньги за тебя решают,
И кто есть враг, и кто есть друг,
Тебя пусть вечно окружает
Людей надежных тесный круг.
И не щади ты непокорных,
И конкурентов убирай.
Бить будешь точно и упорно -
Откроется дорога в рай,
И рай тот будет мною создан,
Я позабочусь обо всем,
Увидишь, как легко и просто
Расти и жить ты будешь в нем”.
Тут в разговор вмешался третий,
Сказал он, глядя на костер:
“Да, в жизни ты за все в ответе,
Жизнь - поле мин, а ты - сапер.
Играешь разные ты роли,
А жизнь - суфлер и режиссер,
Смеешься, плачешь ты от боли,
А то молчишь, ведь ты - актер.
А я лишь подвожу итоги,
Всегда идя вслед за тобой,
Я вечный спутник на дороге,
Которую зовут судьбой,
Я твой невидимый советчик,
В любое время дам совет,
И чтоб ты не был опрометчив,
Задай вопрос - я дам ответ.
От тех двоих ты слышал много,
Костер тебя спас от зимы,
Уютно здесь, но ждет дорога,
И света полная, и тьмы.
Иди вперед, не бойся жизни,
Не упадешь, коль тверд твой шаг,
Не опускайся и не кисни
И помни лишь, что лень - твой враг.
А я с тобой пойду невидим,
С рассветом тронемся мы в путь.
К утру тот путь уж станет виден,
Разгонит солнце эту муть”.
***
Светало. Вьюга утихала,
И ветер замирал вдали,
И солнце медленно вставало,
Стирая темноту с земли.
Едва верхушки заалели
Деревьев мрачных, вековых,
Как пробудились птичьи трели
В весельи красок неземных.
Снежинки виться перестали,
Приотворив лазурь небес,
И снег вдруг сразу весь растаял,
И зеленью оделся лес.
И снизошло на землю лето,
Преобразив природы лик,
И в буйство красок, море света
Я окунулся в тот же миг.
Костер погас. Две бледных тени,
Прозрачных, будто изо льда,
Взмыв к облачной холодной пене,
Исчезли тихо, без следа.
Открылась предо мной дорога
Из золота и хрусталя,
Стоял я у ее порога,
Стоял я, господа моля.
И, помолясь, душою светел,
Пошел я по дороге той,
А тот, кого назвал я третьим,
Неслышно следовал за мной.
***
На этом я кончаю повесть,
Откроюсь вам - пришла пора,-
Что лишь Добро, и Зло, и Совесть
Я встретил у того костра.
