Собрание представителей всех городских частных охранных предприятий, куда меня направило руководство нашего ЧОПа в качестве делегата, проходило в лучшем кинотеатре нашего провинциального города, с громким названием «Веселый бегемотик».
На это значимое для города собрание прибыли не только представители ЧОПов, но и местные депутаты, руководство УВД, представители общественности и даже сам мэр со своей длинноногой любовницей.
Чувство гордости и радости переполняли мою огромную душу и маленькое тельце от нахождения в одном зале с такими большими людьми.
Согласно повестке собрания тринадцатым выступающим должен был быть я. Мой яркий и насыщенный научными метафорами доклад, который мы писали с отцом целую неделю, мог явиться, на мой взгляд, началом новой эры в развитии ЧОПов.
Ну, а пока я сидел в тринадцатом ряду зала, рядом с директором нашего ЧОПа «Ягуар» Викторовичем, и зевал от скучных докладов других выступающих. Поток однообразия и серости лился со сцены в зал, в очередной раз дискредитируя мою интеллектуальную профессию. И когда я уже почти заснул ведущий собрания громко объявил: «А теперь с докладом «Развитие современного мира и ЧОПы» выступит представитель ЧОПа «Ягуар» Пугайло Федор Львович.
Мое сердце чуть не разорвалось от избытка чувств. «Ну, вот он мой звездный час!» - сказал я себе и строевым шагом направился к сцене. Зал замер в ожидании, воцарилась гробовая тишина, все взоры были прикованы ко мне, включая взоры мэра и его длинноногой любовницы. Я медленно и важно поднялся на сцену и занял место у трибуны. Кашлянув два раза для солидности я начал чтение своего доклада.
«Господа, коллеги и товарищи», - обратился я к находящемся в зале, - «мы собрались с вами здесь для того, чтобы признаться, прежде всего себе в том, что без профессии «охранник» будущий прогресс мира и цивилизации просто невозможен!» Бурные и продолжительные аплодисменты сотрясли стены зала. Довольное лицо директора нашего ЧОПа Викторовича говорило о том, что я глаголю в правильном направлении.
Окинув взглядом зал и поправив очки, я продолжил: «Люди нашей героической профессии в настоящее время задействованы везде: в детских садах, в школах, в магазинах, в банях и общественных туалетах, в полях и огородах, на фермах и в Газпроме! Охранник ныне — вездесущ!»
Вторая волна аплодисментов сотрясла стены зала. Местами на стенах, как мне показалось, появились трещины. Я продолжил: «И я не мыслю себе, господа, коллеги и товарищи, будущее освоение Космоса без присутствия в нем людей нашей профессии!»
Бурные аплодисменты прервали мою речь.
В очередной раз поправив свои очки и сделав пару глотков воды из стакана, которую не допил предыдущий выступающий, я продолжал: «В очередной раз, вспоминая слова известной песни «и на Марсе будут яблони цвести» - я задаю себе вопрос «а кто же их будет охранять». Ведь без зоркого глаза охранника на этих яблонях не только яблоки оборвут, но и веточки обломают...»
Волна аплодисментов захлестнула зал, который трижды проскандировал: «Федя! Федя! Федя!» Мэр, сидящий в первом ряду, расплылся в довольной улыбке, а его длинноногая спутница уже дважды мне подмигнула. Мой директор Викторович сиял от гордости, как начищенный медный таз.
Я продолжил: «Охранник — это ум, честь и совесть нашего общества, это его счастливое завтра и интеллектуальное сегодня. А его нищенская зарплата говорит о том, что на нее может прожить только святой человек».
После этих слов какая-то мрачная тень коснулась лиц моего директора Викторовича и нашего уважаемого мэра. Но меня уже было не остановить: «Да, эту зарплату даже пособием по безработице не назовёшь. А ведь люди этой героической профессии уже завтра на Марсе, а может быть даже на Луне, будут охранять не только яблони, но и груши».
Лицо мэра покрылось красными пятнами и стало, как перезрелый помидор, зато мой руководитель Викторович стал бледным, как поганка.
А меня распирало вдохновение: «Развитие мировой цивилизации в настоящее время кратно отстает от стремительной эволюции охранника и догнать эту эволюцию — основная задача цивилизации. Но, такая высокоразвитая особь, как охранник, не может и не должен иметь такую мизерную зарплату! Научно-технический прогресс нам этого не простит!»
В зале раздался какой-то непонятный звук, отдаленно напоминающий удар тупого предмета о пол. Как оказалось это мой директор Викторович упал в обморок. Собрание было срочно закончено, а слабодышащее тело Викторовича забрала карета скорой помощи.