Власти Поднебесной начали масштабную кампанию по так называемой «китаизации» верующих групп. Международные правозащитные организации тут же забили тревогу и утверждают, что в Китае нарушаются права верующих. Разбираемся, что же на самом деле происходит в стране победившего социализма.
Все началось с того, что в 2017 году компартия КНР вновь активно взялась за разработку идеологических основ государства и по сути запретила китайским чиновникам иметь какие бы то ни было религиозные убеждения, порекомендовав еще глубже увлечься марксизмом и атеизмом. При этом стоит отметить, что никакого прямого запрета на ислам или другие религии в Китае нет и не предвидится.
Чуть позднее правительство страны объявило о начале "пятилетки китаизации ислама". По словам официального Пекина, в течение следующих пяти лет эта кампания решит проблему "интеграции мусульман северо-запада Китая в традиционное китайское общество".
Как пишет китайское государственное агентство Global Times, правительственные чиновники уже согласились направлять религию в нужное русло, чтобы "та стала совместима с социализмом".
Западные эксперты, в том числе из ООН, тревожатся - считают, что для жителей северо-запада КНР, где преобладает мусульманское население, эта "пятилетка" может закончиться серьезными проблемами со свободой вероисповедания.
Однако важно понимать, что причины таких действий Пекина отнюдь не целиком заключены в идее тотального государственного атеизма. Очевидно, что власти Китая вот уже не один год обеспокоены распространением радикальных исламистских идеологий на уйгуров в автономном районе Синьцзян, а китайская управленческая парадигма считает, что то, что нельзя контролировать, нужно запретить.
Важно понимать также, что по меркам Китая с его богатейшей историей, территория Синьцзян стала территорией Поднебесной совсем недавно (1949 г.). И в последние годы в регионе активно развивается пантюркизм, который трудно сочетается с марксизмом и социалистической идеологие Китая. Так что, тревоги властей КНР могут быть вполне закономерными, как и стремление интегрировать уйгуров в многонациональное китайское сообщество этносов.
Однако, стиль общения китайской власти с народом в контексте антитеррористических мер в Синьцзян показался достаточно тревожным для международных правозащитных организаций и дал повод для информационных спекуляций со стороны западных СМИ.
Очевидно также, что некоторые события, происходящие в Китае, были значительно приукрашены, и не последнюю роль в этом сыграла политика.
К примеру, по информации издания The Washington Post, Китай держит более 2 миллионов мусульман в так называемых "центрах перевоспитания. Источники американских журналистов сообщают, что эти учреждения работают в уже названной провинции Синьцзян с лета 2017 года.
Официальный Пекин не отрицает наличие этих «центров», но утверждает, что это необходимые меры, касающиеся внутренних дел страны и вообще, сделано это для интеграции уйгуров в китайское общество, и для того, чтобы обезопасить страну от влияния исламских экстремистов извне.
По данным ООН, количество уйгурских мусульман, содержащихся в лагерях, меньше – около миллиона человек. Там их заставляют петь патриотические песни и давать клятву верности официально атеистической правящей коммунистической партии.
Различные правозащитные организации уже пытались развязать информационную кампанию по защите китайских мусульман, но каждый раз натыкались на железные доводы: это вас не касается.
Если верить западной прессе, то в Китае сейчас вот-вот повторятся "Сталинские 30-ые" на новый лад: Associated Press утверждает, что религиозные школы и уроки арабского языка фактически запрещены, а кроме того детям запрещено участвовать в какой-либо мусульманской деятельности.
Справедливости ради стоит отметить, что в Поднебесной существуют аналогичные планы для всех пяти признанных государством религий (буддизм, даосизм, ислам, католицизм и христианство), поэтому говорить о притеснении именно мусульман некорректно в данном вопросе.
Скорее всего под термином "китаизация" следует понимать не целенаправленную борьбу с религией, а попытку властей КНР усилить влияние атеизма на общественно-политическую жизнь страны, а также минимизировать опасную угрозу религиозно-идеологического вторжения извне.