Конец 60-х годов прошлого века. «Наш дорогой Никита Сергеевич» Хрущёв уже снят с должности, уже миновал Карибский кризис, и молодой Иосиф Кобзон спел песню «Куба – любовь моя», но дружба с Кубой продолжается. Её иногда в прессе даже называют великой, хотя раньше, в 50-х, так называли дружбу с Китаем. Потом, когда Хрущёв раскритиковал Сталина и вынес его тело из мавзолея, китайцы обиделись, обозвали политику СССР хрущёвским ревизионизмом и отношения с Китаем осложнились. Для простых жителей дружба с Кубой проявлялась прежде всего кубинским сахаром, кубинскими сигарами и сигаретами. Кристаллики кубинского сахара были заметно мельче обычных и ослепительно белые, в отличие от привычного слегка желтоватого сахара по 78 копеек за килограмм. Был и наш сахар-рафинад, тоже белый, стоил он, кажись, 84 копейки, как и кубинский, но кубинский был, увы, не такой сладкий, в чай его нужно было сыпать на ложку больше. Понятно, что это не слишком радовало. Зато в свободной продаже, и недорого, были на