9 января 1797-го (или, по ст. ст. – 29 декабря 1796 года) родился барон Фёдор (то есть – Фердинанд) Петрович Врангель. (Более широко известный «Чёрный барон» Пётр Врангель действительно приходится ему родственником – но достаточно отдалённым. А вот два острова – один наш; другой – американский, названы именно в честь Фердинанда Петровича. …Истории известен ещё один Фердинанд Врангель – сын нашего героя; не только моряк и гидрограф – но и, в течение нескольких лет, – директор Императорского Лицея). Впрочем – по порядку.
…Невзирая на древность рода (фон Врангели, как и большинство остзейских немцев, ведут свою историю от крестоносцев – за столетия из их рядов вышло семь одних фельдмаршалов!) …так вот, несмотря на столь славное прошлое, семейство майора Петера Врангеля жило весьма скромно – в одиннадцать Фердинанд будет отдан в Морской кадетский корпус – который и закончит восемь лет спустя (и первым в выпуске).
…После непродолжительной службы на Балтийском флоте, мичман Врангель оказывается в составе кругосветной экспедиции Василия Головнина на шлюпе «Камчатка». (Как говорят, молодой офицер буквально напросился в поход, сбежав из Ревеля в Петербург – и будет принят, невзирая на самоволку… Возможно, сказался авантюрный характер его будущего командира – десятью годами раньше, во время своей первой кругосветки, Головнин был пленён англичанами в южноафриканском порту (тогда, после Тильзитского мира, мы оказались в состоянии войны) …так вот – через год у лейтенанта лопнет терпение; он распустит паруса – и отбудет восвояси под изумлёнными взглядами флота Его Величества… Правда, в очередной экспедиции Головнину снова случится попасть в плен – на этот раз, к японцам – и на два года… Но мы отвлеклись).
…Для Врангеля первое большое странствие пройдёт благополучно, принеся не только бесценный опыт, но и «Анну» четвёртой степени… Впрочем, не только это – вскоре после возвращения его направляют в Сибирь, в распоряжение здешнего генерал-губернатора Сперанского. (Бывший госсекретарь и второе лицо в государстве после непродолжительной опалы вполне освоится на новом месте – в эти дни он писа́л жене: «Ко мне прислали целых две партии молодых морских офицеров для открытий по Ледовитому морю. На сих днях отправляю их в путь к белым медведям. Есть действительно признаки большого острова, а может быть, и земли, соединяющей Сибирь с Америкой…»
…Четыре года лейтенант будет отыскивать пресловутую Землю Андреева… само собой, ни о каких кораблях речи не шло: исследователи отправлялись на нартах, удаляясь от берега на двести шестьдесят вёрст – но неизменно наталкивались на открытую воду. В конечном счёте, Врангель заключит: «…в удободостигаемом от азиатского берега расстоянии нет на Ледовитом море земли», – но, в то же время, укажет её возможное месторасположение. (Там-то буквально через четверть века остров найдёт британец Келлетт – и на карте появится земля его имени… Однако, ещё через пятнадцать лет остров «переоткроет» канадский китобой Лонг – и восстановит справедливость, присвоив ему имя Врангеля… Каких только флагов не поднималось над этим куском земли в последующие десятилетия – но уже лет девяносто он прочно входит в состав нашей Чукотки).
…Не совершив открытий, наш герой, тем не менее, проделает огромный объём кропотливой картографической работы – что будет оценено по достоинству; вскоре он предпримет очередную кругосветку – а в 1830-м прибудет на Аляску в качестве Главного правителя Русской Америки. За ближайшие пять лет капитан I ранга обследует побережье вплоть до Калифорнии – и вступит в переговоры насчёт известного форта Росс. (Ну, вы помните: «Ты меня на рассвете разбудишь…» – и всё такое). Это поселение в нынешней Калифорнии существовало, так сказать, на «ничейной» территории – которую, впрочем, считали своей сначала Испания, а затем – самопровозглашённая Мексика.
Мексиканцы согласятся уступить русским обширную долину перед фортом (и, фактически, узаконить его принадлежность России!) – но взамен захотят признания своей республики… Разумеется, Николай I на такое пойти не мог; на уговоры Врангеля император не согласится – и спустя считанные годы Росс будет, «за недорого» продан…
…Карьера барона продолжится на различных должностях – в 1849-м вице-адмирал выйдет, было, в отставку – но с началом Крымской войны вернётся на службу; пару лет будет занимать пост морского министра – однако, в 1864-м Врангель (теперь – полный адмирал) повторно отойдёт от дел по состоянию здоровья, и поселится в своём эстляндском имении. После шести лет уединённой жизни, барон скончается, будучи проездом в Дерпте, от сердечного недомогания…
P.S. …Источники настойчиво упоминают, что Врангель «категорически возражал против продажи Аляски»… неясно, каким образом это мог делать отставник из деревенской глуши… а вот во времена потери форта Росс барон действительно был директором Российско-Американской компании…Впрочем, это – совсем другая история.