Все в том острове богаты, Изоб нет, везде палаты; Хороший город был у Гвидона. Почти коммунизм. И ведь не просто так это благосостояние. Вот белка появилась, орехи грызёт А орешки не простые,
Всё скорлупки золотые,
Ядра — чистый изумруд;
Но у Гвидона всё на учете - изумруд в казну, золото на переплавку, в конвертируемую валюту. Слуги белку стерегут,
Служат ей прислугой разной —
И приставлен дьяк приказный
Строгий счет орехам весть;
Отдает ей войско честь;
Из скорлупок льют монету,
Да пускают в ход по свету;
Девки сыплют изумруд
В кладовые, да под спуд;
А с Черномором как хорошо - никаких бюджетных расходов В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы удалые,
Великаны молодые,
Все равны, как на подбор—
С ними дядька Черномор.
И той стражи нет надежней,
Ни храбрее, ни прилежней. Не зря же царь Салтан так хотел "чудный остров навестить". Между прочим, некоторые историки считают, что Буян - это существующий сейчас немецкий остров Рюген. Хотя Белочка с Черн
Все в том острове богаты,
Изоб нет, везде палаты;
Хороший город был у Гвидона. Почти коммунизм.
И ведь не просто так это благосостояние. Вот белка появилась, орехи грызёт
А орешки не простые,
Всё скорлупки золотые,
Ядра — чистый изумруд;
Но у Гвидона всё на учете - изумруд в казну, золото на переплавку, в конвертируемую валюту.
Слуги белку стерегут,
Служат ей прислугой разной —
И приставлен дьяк приказный
Строгий счет орехам весть;
Отдает ей войско честь;
Из скорлупок льют монету,
Да пускают в ход по свету;
Девки сыплют изумруд
В кладовые, да под спуд;
А с Черномором как хорошо - никаких бюджетных расходов
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы удалые,
Великаны молодые,
Все равны, как на подбор—
С ними дядька Черномор.
И той стражи нет надежней,
Ни храбрее, ни прилежней.
Не зря же царь Салтан так хотел "чудный остров навестить".
Между прочим, некоторые историки считают, что Буян - это существующий сейчас немецкий остров Рюген. Хотя Белочка с Черномором вряд ли там были.