Впечатления у военных, которым показали прототип, были, назовём это так, пессимистичные. В варианте без башни проект с номенклатурой А20 выглядел, если позволите так выразиться, устрашающе. Корпус — прямоугольная сварная коробка, с полным охватом гусеницами. Что, впрочем, делало корпус максимально широким и позволяло достаточно свободно размещать узлы и агрегаты, а заодно обеспечивать комфортные условия для работы экипажа... Но двигатель!
Прототип А22
С двигателем возникли немалые проблемы, невзирая даже на то, что с моторостроением в Британии дело обстояло вполне неплохо. Достаточно вспомнить знаменитые авиационные «Роллс-Ройсы», впоследствии устанавливавшиеся и на бронетехнику. Двигатель Meadows DAV не развивал требуемой мощности, нечётко работала трансмиссия, и, что самое неприятное, никаких перспектив по модернизации у них не было, поскольку после установки башни и вооружения масса танка достигла бы тридцати семи с половиной тонн вместо тридцати двух по техзаданию. Предупреждая неизбежные вопросы: да, в соответствии с веяниями времени от спонсонов отказались в пользу башни! Мотор же едва был способен перемещать бронекоробку на гусеницах...
Да, Британия была технологически развитой державой, англичане строили отличные линкоры и самолёты, но вот с танками вышли одни неприятности — к бронетехнике всегда относились как к второстепенному направлению и пасынкам войны. Вскоре инициативу перехватила фирма «Воксхолл Моторс», у которой на складах завалялись 12-цилиндровые автомобильные двигатели мощностью в 350 лошадиных сил, вполне подходящие для нового танка. «Воксхоллу» и передали заказ вместе с двумя неудачными прототипами — дорабатывать, даже невзирая на всеобщую уверенность, что представленный проект танка ужасен, кошмарен и бесперспективен.
Премьер-министр наблюдает за проходом колонны танков его имени
Этого требовала катастрофическая военная обстановка. Британия находилась под угрозой немецкого вторжения, а вся боеспособная техника осталась на континенте после эвакуации из Дюнкерка. Защищать Метрополию было решительно нечем. На острове осталось несколько десятков устаревших моделей на учебных полигонах, из музеев извлекли танки времён Первой мировой, обшивались бронёй грузовики и даже частные легковые автомобили! Отчаянное положение – тут пригодится любой агрегат, у которого есть гусеницы и пушка. Пусть даже и безнадёжно архаичный.
Так или иначе, первые «Черчилли» сошли с конвейера в июле 1941 года и сразу же вызвали недовольство военных. Танк страдал от «детских болезней» — постоянно ломалась трансмиссия, наблюдалась утечка горючего, система зажигания не была герметизирована. Дошло до того, что в танковых частях приходилось заниматься импровизированным ремонтом. У «Черчиллей», приданных 147-му Хэмпширскому полку, выходила из строя тяга управления коробкой передач, а заводских специалистов было не дождаться. Дело кончилось тем, что офицеры полка скинулись из своего жалования и купили в автомобильном магазине американского «Форда» полуоси вместо штатных тяг, подходящие для установки на танк. И попутно выяснили, что они более прочны и надежны...
Первый "Черчилль" с трёхфунтовой пушкой в лобовом бронелисте
Теперь представьте, как немецкие танкисты за свой счёт покупают запчасти для техники у «Даймлер-Бенц» или «Опеля». Впрочем, надо отметить, что производители оказались честными людьми. Инженерный корпус фирмы «Воксхолл» разослал по военным частям открытое письмо, в котором говорилось:
Мы знаем, что не все механизмы и агрегаты танка будут работать как положено. Все недостатки будут устранены, как только в нашем распоряжении появятся необходимые материалы и новые узлы. Пожалуйста, не делайте неверных заключений из нашего искреннего признания своих ошибок. Танк Mk IV — хорошая машина. Проблемы, возникшие в ходе его испытаний, не являются нормой. Ненормально то, что мы не устранили их прежде чем начать серийное производство.
У инженеров было и более серьёзное оправдание — в условиях войны мгновенно создать какой-никакой, а новый и полностью работоспособный танк почти невозможно. Пусть даже и «полный недостатков», по словам премьер-министра Уинстона Черчилля — легенда гласит, будто сэр Уинстон, впервые увидев «Черчилль» на Бовингтонском полигоне, остался очень расстроен и заметил: «У танка, названного моим именем, недостатков больше, чем у меня самого!». Однако в действительности вошедшее во все учебники истории изречение последовало в результате доклада Военного министерства — в течение полугода ремонту и переоборудованию новыми узлами и агрегатами в той или иной степени подверглись 1000 из 1200 единиц только что выпущенных танков!
К 1942 году, когда положение несколько выправилось и Британия больше не стояла перед угрозой германского десанта, было принято решение отправить танки «Черчилль» куда-нибудь повоевать. Первый же боевой опыт этих машин оказался не просто провальным, а катастрофическим...