Рождество
Отношения с богом пожалуй одна из наиболее интимных вещей, которые происходят с человеком. И кстати неважно, верит ли человек в бога, соблюдает ли какие-то каноны или обряды. Каждый хотя бы раз в жизни в трудную минуту попросил кого-то свыше о помощи, пообещав взамен стать лучше, что-то отдать или что-то сделать. А это собственно отношения с богом и есть.
Я крестилась в девятом классе в рождественские каникулы при очень странных обстоятельствах. Семья моя, состоящая из советской интеллигенции врачей и учителей, была совершенно далека от религии, ничего не соблюдала и в церковь даже светить яйца не ходила. Мы все трое детей были некрещеные, о религии с нами не говорили, да и мы особого интереса не проявляли. Даже обе бабушки, родившиеся в 20е годы прошлого столетия и знавшие только советскую власть, особо ничего в этом не понимали и не стремились понимать. Представьте же себе недоумение и смятение моих родителей, а прежде всего отца, врача и законченного атеиста, когда его дочь сама без чьего бы то ни было согласия, приняла крещение.
А случилось это действительно странно. Я занималась в краеведческом кружке и наш руководитель таскал нас по различным местам, где реставрировались храмы, пытаясь привить нам хоть какой-то интерес к истории родного края и пробудить в нас желание изучать что-то большее, чем то, что интересно было подростку в конце 80х – начале 90х годов. И как это часто бывает, нас держало вместе конечно не заинтересованность в краеведении, а просто подобралась отличная компания девчонок и мальчишек, между которыми был взаимный интерес и даже притяжение, которым не мешали, а даже помогали, долгие поездки без родителей в разные части области.
Руководитель наш наоборот, был лицо крайне увлекающееся, желающий передать детям хотя бы частичку знаний. При этом совершенно халатно относящийся к тому, каким образом мы добирались до места, что мы в принципе ели в эти поездки и насколько удобно спали. В общем, оглядываясь назад, я думаю, что если бы я была моей мамой и знала подробности, то наверное очень быстро бы прикрыла мои эти краеведческие посиделки. Но родители в начале 90х были слишком заняты выживанием, и если ребенок ночевал дома, нормально учился и от него не пахло спиртным, то поездки под руководством учителя в какое-то заброшенное село посмотреть на очередную церковь их не смущали.
В этот год Алексей Иванович загорелся свозить нас в сердце русского православия – Оптину пустынь. Оставим подробности как мы на перекладных добирались в сторону Козельска разными автобусами – старшие группы отдельно, младшие с руководителем отдельно. Как мы заблудились в лесу в темноте, не зная, на той ли остановке мы вылезли. Одним из самых ярких впечатлений этой поездки был тот момент, когда, уже отчаявшись выйти к монастырю и решив повернуть обратно на трассу, мы заметили огни, лес расступился, и мы увидели старинные белые стены с башенками по краям. Мы так устали, замерзли и напугались, что эти стены показалось настоящим чудом.
Семь дней в монастыре мы провели конечно не как обычные паломники. Был пост, паломников кормили скудно, мы конечно тоже разносолов особо не видели в то время, но монастырская еда была совершенно невозможной. Старшие еще как-то крепились, а младшие тайком под подушкой ели оставшуюся из дома колбасу). Неделя в монастыре закончилась тем, что на предложение покреститься я ответила согласием. Конечно и обстановка монастыря, и службы, и беседы – все сыграло свою роль, но самым главным было конечно влияние монаха Василия. Его разговоры о жизни (а он привел нас с подружкой даже в келью, где показал книги – не знаю, как это было возможно, ведь женщинам туда запрещено), о том, как он пришел к богу – все это сильно впечатлило неокрепший детский мозг. И я решила покреститься. Не могу сказать, что это было сознательное решение, но я ни разу не пожалела об этом после. Наверное, так это и должно было случиться. А через три года этот монах погиб – какой-то фанатик зарезал его ночью на Пасху.
Неисповедимы пути твои, Господи.