После выхода репортажа об украинском военнопленном Качинском в адрес меня и Сладкова обрушилась волна критики. Особый акцент ставился на критику со стороны ополченцев «первой волны». Очень жаль, что так много людей видят ситуацию поверхностно и отказываются заглянуть в ситуацию чуть глубже. Я тоже отношусь к ополченцам «первой волны». При этом, наверное мне довелось оказаться в ополчении намного раньше чем большинству ополченцев «первой волны». В связи с этим, я считаю, что имею право голоса и имею право на своё мнение, которое изложу ниже. Всем давно известно, что ещё с далёкого 2014 года мы относились к украинским военнопленным намного гуманнее, чем они относились к нашим. Мне и моим боевым товарищам доводилось неоднократно иметь дело с укропленными. Самое страшное, что мы с ними делали, когда они уже были у нас в плену, так это фотографии на их фоне. В начале войны бойцы делали много фотографий на память. В первую очередь фотографии делались для родственников, для детей. Мы жили од