Взрослеющие дети, церковные мракобесы и московит Борис Михайлович Русаков в неполиткорректной английской сказке "Северное сияние" Филипа Пулмана.
Юную героиню романа Филипа Пулмана "Северное сияние", вышедшего в издательстве "РОСМЭН", алчные до сенсаций журналисты уже успели окрестить "Гарри Поттером в юбке" - сравнение двух английских сказок, получивших мировую популярность, напрашивается априори. Но, во-первых, девочка гораздо чаще пребывает не в юбке, а в малице и прочих торбасах, а во-вторых, не стыдно ребенка-то обижать?
На самом деле эпопею Роулинг и трилогию Пулмана ("Северное сияние" - лишь первый том трилогии "Темные начала") объединяют лишь три достаточно формальных признака - страна-производитель (Англия), жанр (литературная сказка) и сюжетный посыл (у чужих людей живет сирота-подросток, которого ждет Великая Миссия). На этом сходство заканчивается и начинается полемика, переходящая в третирование.
Если Роулинг - воплощение английской чопорности, консерватизма и правильности, то Филип Пулман - наглый резонер и провокатор. Он хвастает тем, что ворует идеи из всех прочитанных книг и нагло объявляет, что пишет исключительно за-ради презренного металла: "Единственное, что может сделать писатель, это потребовать как можно больше денег, а потом выкинуть все это дело из головы". Его, как и Джоан, не любит церковь, но если мать-одиночка, похоже, до сих пор недоумевает - за какие грехи она угодила под раздачу анафем, то убежденный атеист Пулман достает служителей культа целенаправленно, методично и успешно. Английских ортодоксов он довел до того, что влиятельная католическая газета "Католик геральд" заявила, что "он еще более заслуживает костра, нежели Гарри Поттер", потому как "в миллион раз более опасен".
При всем при этом трудно более религиозную сказку, нежели "Северное сияние", потягаться с ней могут разве что "Хроники Нарнии" Клайва Льюиса. Основная проблема, занимающая Пулмана, отнюдь не детская - человек и его душа, и этот ревизионист рисует нам мир, в котором нарушен один из главных догматов - неразрывное единство души и тела. В его романе у каждого человека душа не только обособлена, но и вполне себе материальна. Будь ты степенный английский лорд, дикий сибирский тартарин или вольный экстерриториальный цыган - рядом с тобой по жизни трусит твоя душа в облике животного - "деймон". И никакой высокопарной мистики, души мало чем отличаются от своих хозяев - так же треплются почем зря, стоят на шухере и периодически дерутся между собой.
Пулман вообще не склонен к пафосу, приправленному патокой. Свою героиню - воспитываемую оксфордскими учеными сироту по имени Лира Белаква он без сантиментов бросает в жизнь, как кутенка в воду. Ее ждет не уютный Хогвартс с тыквенным соком и мягкими кроватями под паланкином, а дикий Север с принизывающей матовой стынью, окопавшимися во льдах тартарами и московитами и висящими на хвосте преследователями. По ходу этой безумной гонки Пулман издевается едва ли не над всеми сказочными стереотипами. К примеру, благородный принц в изгнании предстанет читателю не пошлым красавцем на белом коне, а бомжующим гибридом медведя с бронетранспортером, заливающим горе неочищенным спиртом.
Как и книги Роулинг, "Северное сияние" обильно насыщено явными и скрытыми отсылками к творчеству других сказочников, у Пулмана в дело пошло все - от пронизывающего холода андерсовской "Снежной королевы" до черного юмора Лемони Сникета. За одним единственным исключением - парафраза "Золушки" (которым, собственно, и является Гарри Поттер) вы не найдете - за каждый доставшийся ей хрустальный башмачок Лира платит и платит дорого. Но при всей своей жесткости сказка Пулмана не перестает быть сказкой - автор с профессионализмом балаганного плясуна на канате держит баланс, не сваливаясь ни в чернуху, ни в розовые сопли рождественских сказочек.
Мудрено ли, что Пулману удалось то, в чем потерпела фиаско сама Роулинг - заставить литературоведов относиться к детской литературе без снисходительной усмешки. Книги трилогии "Темные начала" были номинантами и призерами серьезных "взрослых" литературных премий - "Букера", The Guardian Prize, British Book Awards и других, а последняя книга трилогии - "Янтарная подзорная труба" в 2001 году стала первой детской книгой, получившей одну из самых рафинированных литературных наград - премию Уитбред. "Темные начала" экранизированы голливудской компанией New Line Cinema и переведены на 19 языков, в том числе русский. Нельзя не отметить, российские издатели в кои веки не облажались с переводом. Впрочем, в данном случае РОСМЭН поставил на беспроигрышный вариант - книгу переводил едва ли не последний представитель золотой когорты советской переводческой школы Виктор Голышев.