Впервые я увидел его, еще будучи дошкольником. В Москве есть замечательный Музей изобразительных искусств имени Пушкина, где и стоит в зале Эпохи Возрождения гипсовая, в натуральную величину, копия прекрасного творения Микеланджело. Я был маленьким, лет шести, и, в первую очередь, конечно, поражался размерам статуи. Чего стоила одна только ступня! Каждый палец на отставленной вперед ноге был чуть ли не с мою ладошку. Гипс был шершавый, старый, местами желтый, но от этого не менее притягательный.
Прошло много лет, и вот – Флоренция. Солнечный, весь в цветущих деревьях, мартовский город. В первый же день мы поднялись на холм, откуда открывается величественная панорама центра города, а за нашей спиной стоял Давид, на сей раз бронзовый, позеленевший, в каких-то подтеках.
Третий Давид – тоже гипсовая копия – стоит на площади Синьории, около входа во дворец, недалеко от статуи Персея и фонтана Нептуна. Мы его тоже вскоре увидели. Когда-то на этом месте стоял подлинник, и стоял очень долго – 369 лет! Но в 1873 году подлинник убрали, и на его место водрузили копию. А где же подлинник, нетленное дитя Микеланджело?
Он недалеко, в Галерее Академии, напротив главного входа. Конечно, мы побывали и там. Зайдя через второстепенный вход, прошли через какие-то металлоискатели, завернули за угол, и… вон он – вдали, под куполом. После моей попытки сфотографировать творение мастера сразу же наскакивает какая-то служащая в очках: «Итс форбиден!» («Это запрещено»). Ладно, покоряюсь. Убираю фотоаппарат. Иду медленным шагом к статуе, потом обхожу ее, сажусь, рассматриваю…
Вокруг Давида – прозрачная толстая загородка в мой рост. Сам он стоит на некотором возвышении. Во-первых, сразу бросается в глаза гладкость и какая-то наружная полупрозрачность мрамора. Это та самая толща камня, от которой Буонарроти пятьсот лет назад отсекал «все лишнее». В отличие от статичных гипсовых статуй, этот Давид кажется дышащим, где-то в глубине материала угадывается притаившаяся жизнь. Скрытая сила исходит от поворота головы, согнутой в локте руки, слегка согнутой в колене и развернутой ноги. Кажется, что он на миг задумался о чем-то, обернулся, а в следующий миг продолжит начатый путь… Века проходят мимо, а он все такой же загадочный, мужественный, красивый и молодой. Вроде, улыбается, а вроде, и нет. Вроде, собрался вперед, а вроде, и нет. Ждет кого-то на своем пути в Вечность? Может быть, нас?