Судебный процесс по уголовному делу, обвиняемыми по которому являются экс-глава города Олег Сорокин и бывшие сотрудники МВД Евгений Воронин и Роман Маркеев продолжается в Нижнем Новгороде.
Судья сегодня решила не прерывать рассмотрение дела, несмотря на то, что подсудимому Роману Маркееву дважды вызывали карету «Скорой помощи».
Маркееву диагностировали диабет и гипертоническая болезнь, поэтому ему требуется регулярный прием пищи и мониторинг артериального давления. Однако, несмотря на это, суд установил жесткий график рассмотрения дела: заседания проводятся три дня в неделю и начинаются в 9:00, поэтому подсудимых, которые содержаться в СИЗО, будят в 5:00.
Заседание суда 10 ноября, продолжалось почти 9 часов, и к вечеру Роману Маркееву, который вместе с другими подсудимыми все время заседания не покидает «аквариума» из пуленепробиваемого стекла, стало плохо. Врач неотложки, прибывшей по вызову, зафиксировал у него давление 160/100 и уровень сахара в крови выше 10. Несмотря на это, врач дал расписку, что Роман Маркеев может участвовать в судебном заседании. Судья выразила намерение продолжать работу, но даже прокурор заступилась за подсудимого, и перерыв все-таки пришлось объявить.
Сейчас Маркеев госпитализирован в медсанчасть следственного изолятора, медики ему назначили курс лечения и постельный режим. Врачи СИЗО 14 января не позволили конвою забрать больного и этапировать его в суд.Зато 16 января конвой доставил Романа Маркеева в суд, хотя даже по его виду было понятно, что он серьезно болен.
Не удивительно, что он даже не смог сидеть на скамейке, и суд дважды за полдня вызывал ему «Скорую помощь». Обосновывая решение продолжать рассмотрение дела, судья зачитала справку, по которой Роман Маркеев прошел осмотр в СИЗО в 7:00, на что подсудимый тут же возразил, что осмотра не было и что в это время он уже находился на сборном пункте.
Адвокат Галина Соршнева в перерыве рассказала нам, что, оказывается, вчера врач стационара, где Маркеев проходит лечение, запретил ему участвовать в процессе, так как у него гипертонический криз и повышенный уровень сахара в крови. Ему были прописаны лечение и постельный режим в течение недели.
Однако сегодня утром конвой поднял Романа Маркеева с постели, несмотря на повышенное давление и сахар выше нормы. Ему дали таблетку и все равно этапировали в суд. Начальник конвоя при этом распорядился, чтобы Маркеева в суд сопровождал фельдшер из СИЗО. Фельдшер действительно приехала с конвоем, однако на самом судебном заседании она не присутствовала. Адвокат поинтересовался, почему ее не было рядом с подсудимым. Медик ответила, что такого распоряжения не было, ей поручили сопровождать Романа Маркеева только на пути в суд и обратно. При этом свою фамилию фельдшер назвать стороне защиты отказалась.
Адвокат Галина Соршнева сказала, что защита будут подавать официальный запрос о том, на каком основании врачи «Скорой помощи», которую Роману Маркееву вызывали 10 января, дали заключение, что тот при давлении 160/100 и уровне сахара в крови выше 10 может принимать участие в заседании.
Адвокат Евгения Воронина член Совета при Президенте РФ по правам человека и развитию гражданского общества Шота Горгадзе так прокомментировал сложившуюся ситуацию: «За то, что сегодня мы здесь видим, я не знаю, кто будет в дальнейшем нести ответственность. Если, не приведи господь, что-нибудь с Романом Маркеевым случится, кто возьмет на себя этот грех? Это большой-большой вопрос для меня. Это форменное издевательство, один из видов пытки и морального уничтожения, давления – не знаю, как это назвать. Для чего нужна такая жестокость? В чем смысл этой жестокости, я не понимаю».
В ходе судебного заседания Шота Горгадзе обратился к Сергею Шунину как к человеку, который много лет отдал работе в «Комитете против пыток». В нынешнем процессе Шунин представляет интересы потерпевшего, но Шота Горгадзе считает, что правозащитник не должен молчать, когда у него на глазах происходит такое.
Однако, несмотря на просьбы Романа Маркеева об оказании ему медпомощи и протесты защиты судебное заседание 16 января продолжилось. Ходатайство адвокатов, которые просили хотя бы ненадолго каждые три часа выпускать больного из «аквариума», даже зачитать не позволили. Едва живой Маркеев только махнул слабеющей рукой в сторону судьи, да кто-то всхлипнул в зале.