В долгах народ наш утопает бедный,
Налоги задавили их совсем.
В кармане лишь пятак остался медный,
И не помочь сегодня им ничем.
Правительство, наверно, очень щедры.
Пришла и к нам таежная беда.
Китайцы вырубают наши кедры,
И плачет, заливается тайга.
Лишь ива у реки тихонько внемлет,
Вздыхает отдохнувшая земля.
Глядят с надеждой села и деревни,
И ждут, чтоб распахали их поля.
А сердце у России уже стонет,
Живется ей и правда нелегко.
Народ России сильный, не утонет,
До бури до людской недалеко.
Истосковались люди по деревням
Развалились села и деревни,
Позабыт давно уже погост.
Бьет гроза в округе очень гневно,
Рухнул в речку деревянный мост.
Тихо ива над рекою внемлет,
И плывут на небесах слова.
Истосковались люди по дерЕвням,
Знают, что душа в селах жива.
Заросли травою все дорожки,
Не пройти ни к речке, ни к гумну.
Лишь кусты на старенькой сторожке
Смотрят ночью тихо на луну.
И стоят кругом поля пустые,
Не видать пшеницы вдалеке.
Лишь леса вокруг еще густые,
Все шумят листвой на ветерке.
Возвращение в деревню
Ночь выдалась светлая лунная.
И сердце тревожно стучит.
Река, словно чудо безумное,
Грохочет о камни, шумит.
Луна окольцована галой.
В селе не видать ни огня.
Прохладным и ласковым шквалом
Приветствовал ветер меня.
Мой дом запечалился, темен.
И двор весь поломанный спит.
Лишь сад цветом вишенным полон,
Красуется, гордо стоит.
Сегодня всю ночь мне не спится.
Смотрю я, волнуясь, в окно.
Наверно, должно мне присниться
Река, и село, и гумно.
Петух пробудился с рассветом.
Светлеет... и зорька зажглась.
Деревня вся в солнечном свете.
Ну вот, и домой добралась.