Страница 158
КРАЗ шел уверенно, как будто бы не был загружен многотонной громадиной, и только когда переезжали город Герат и кишлаки, то жители с интересом поглядывали на странный гибрид БТРа с КРАЗом.
- Наверное, думают, что снова появилась секретная техника, - посмеиваясь, Карасик проговорил Толстунову, - смотри, как бы мы не попали с тобой в какой-нибудь секретный журнал Пентагона.
- А почему вы так решили?
- Ну, это элементарно, как что-то новенькое появится, так духовская разведка махом срабатывает, небось уже не раз нас с тобой засняли на пленку.
Так с разговорами, не спеша, и докатили до Туругунди, где Карасик выгрузил свой БТР, попросил минометчиков, которые тоже притащили технику для отправки, присмотреть за машиной, чтобы духи окончательно не растащили, поехал получать продукты и, чего греха таить, хотелось встретиться с Татьяной.
Зайдя в инженерный отдел, Карасик первым делом бросил взгляд направо, где стоял ее стол. Татьяна приподняла голову, довольно обыденно кивнула Карасику и продолжала невозмутимо оформлять бумаги. Карасик, переговорив с начальством, медленно пошел к выходу. У двери он не выдержал и повернулся к Татьяне. Она, приспустив очки на кончик носика, внимательно глядела на него. Карасик улыбнулся и выскочил на улицу.
В общежитии его обрадовано встретил Генка и поинтересовался один он, или с друзьями. Карасик, вспомнив про минометчика, решил привезти его с базы и сообщил, что вдвоем с товарищем.
- Разместим, не переживай, все будет как в лучших домах. Вот только тут в командировке один подполковник с Шинданда, попробуй переговорить с ним, может, перейдет в другую комнату, чтобы вы были со своим товарищем вместе.
- Да ладно Ген, какая разница, в каких комнатах спать, главное по-человечески.
Карасик вошел в соседнюю комнату, где, лежа в кровати, подполковник смотрел телевизор.
- Представляешь, - обратился он к Карасику, - сейчас только что передавали по телевизору, что Ельцина исключили из состава Политбюро, так что недолго ему оставаться на посту первого секретаря обкома партии города Москва.
- Старший лейтенант Карасик, Александр Николаевич, - представился Карасик, продолжая стоять в дверях, недоумевая, чему радуется этот подполковник и почему он с таким неудовольствием высказывается о каком-то там Ельцине.
- Бражников, Алексей Михайлович, - подполковник посмотрел на Карасика и кивнул в сторону рядом стоящей кровати, - располагайся, я сейчас нахожусь здесь в командировке, а сам я с Шинданда, замполит полка.
- А я с Герата, - Карасик снял куртку и прилег на кровать и стал смотреть телевизор.
- Уберут, как пить дать уберут, - подполковник ткнул пальцем в телевизор.
- Ну, а нам-то что от этого? - недоуменно спросил Карасик, - мало ли там кого Горбачев снимает, только от этого, по-моему, никому ни холодно, ни жарко, как не было ничего в магазинах, так и нет, несмотря на все обещания.
- Нет, постой, - возмутился подполковник, - ты представляешь, что надумал этот Ельцин?
- Не представляю.
- Во-первых, он заявил, что военные получают слишком большую зарплату.
- А я слышал, - перебил его Карасик, - что он говорил, что генералы получают слишком большую зарплату.
- А какая разница, - подполковник приподнялся на кровати, - сегодня генералам урежут зарплату, а завтра и до нас доберутся! Но это еще не все. Он, видите ли, решил, чтобы форму офицеры шили за счет своей зарплаты.
- Это уже, по-моему, слишком, хотя мой дед шил форму сам, мне так мать говорила. Правда, он был казаком.
- Ну, так это совсем другая организация, - подполковник присел на кровати, достал пачку сигарет и протянул Карасику.
- Угощайся.
- Спасибо.
- Так вот, - продолжил он дальше, - он надумал убрать Академии из Москвы.