Речь пойдёт о военных событиях ХХ века, в ходе которых возник данный образец холодного оружия. Хочу обратить Ваше внимание: данная статья вне политики. Она не содержит призывов к чему-либо. Статья посвящена описанию истории возникновения и применения определённого типа ножа. Автор одинаково положительно относится к различным национальностям. Ни одного прямого упоминания национальной принадлежности кого бы то ни было в данной статье не будет. Не бывает плохих наций, но вот преступников, безумцев и просто плохих людей можно найти в каждой. Большинство описываемых в статье событий считаются мировым сообществом военными преступлениями. Информацию о них при желании легко можно найти на ресурсах интернета. Если Вы впечатлительный человек – решение о прочтении Вы принимаете на свой страх и риск.
Прообраз данного ножа возник на «развалинах» одного из балканских государств. Основная масса населения данного региона после первой мировой войны была занята в аграрном секторе. Уровень технического развития по сравнению с большинством европейских государств был низким. В сельском хозяйстве был повсеместно распространён ручной труд при минимуме вспомогательных устройств. Одним из них был нож для разрезания «перевясла», иначе говоря, стяжки снопа злаковых культур. Этот нож представлял собой «наруч» реже - перчатку из жёсткой кожи, которые являлись основанием ножа. К основанию перпендикулярно запястью пользователя прикреплялся короткий (7-10 см) изогнутый нож. Такая конструкция позволяла держать руки свободными, а также быстро и эффективно выполнять подготовительные работы для дальнейшего производственного цикла с зерновыми. Как сельхозинвентарь – отличался крайне низкой «боевой эффективностью» и посредственным качеством металла, из которого он изготавливался.
Так как события происходили именно на развалинах государства, на относительно небольшом пятачке земли присутствовало несколько народностей, отличных друг от друга некоторыми чертами менталитета и религиозными предпочтениями. До братского взаимопонимания между ними было крайне далеко. Мягко скажем – эти ребята друг друга не сильно обожали.
Спустя непродолжительное время после первой мировой войны, в одной тихой европейской стране, которая отличается хорошим пивом, дорогами и архитектурой, пришёл к власти один не слишком популярный художник. Этот персонаж, явив собой, показательно-негативный пример работы не по специальности, выдвинул безумную теорию превосходства одной расы над другой. Попутно он написал трактат про борьбу в своём понимании этого слова, и, несмотря на то, что подавляющее большинство спортсменов-борцов посадили бы его на копчик, прочитав только половину этого опуса, в его родной стране идея - «зашла на ура». Реализация этого сумасшедшего «прожекта» вылилась в крупнейшую общемировую мясорубку ХХ века. В начале 40х годов, завоевав большую часть Европы, этот оснащённый усиками теоретик геноцида сунул свое «жало» на Балканы. Поводив оным из стороны в сторону, он обнаружил следующее:
а) имеет место некоторая межэтническая напряжённость среди населения.
б) район населён суровыми и ушлыми ребятами
с) каждый из этносов считает себя немножечко лучше соседей, что позволяет развернуть знамёна масштабного геноцида, при незначительной материальной, и значительной идеологической поддержке одной из народностей.
Как ни выглядело бы дико – эта идея прокатила и тут. Облагодетельствованная этим деятелем часть населения с визгом принялась уничтожать своих соседей, причём с изуверствами и нечеловеческой жестокостью. На тот момент им казалось, что за это им ничего и никогда не будет. Они верили в поддержку и собственную избранность. История, к счастью, доказала тщетность этих надежд.
Их соседи были категорически не согласны с такой политикой, и ушли в глухую оборонительную стойку. Но тут уже, как говорится – у кого брат сильнее и старше, тот и прав.
В атмосфере всеобщего беспредела, царившей, как на Балканах так и на большей части Евразии, местным агрессорам показалось невыгодным отлавливать мирное население противника по подвалам и чердакам в индивидуальном порядке. Пленных тоже надо было куда-то девать, так как на начальном этапе конфликта – их было много. Последовав примеру «братьев своих старших» – они приняли «на вооружение» предприятия смерти, имевшие в то время широкое распространение. Говоря проще - концентрационные лагеря. Ужасающий «гибрид», являющий собой производство с использованием рабского труда, полигон для экспериментов над людьми, а также центр их массового истребления.
Никогда не забуду, как мой дед, всегда серьёзный и немногословный, однако добродушный старик, со слезами на глазах рассказывал про посещение им уже после войны мемориального комплекса «Аушвиц». С его слов – «там просто страшно находится, воздух просто пропитан людской болью, невыносимо». Но чтобы создать такой эффект – этот воздух, по мнению «питомцев» безумного идеолога, стоило этой болью «пропитать». «Пропитка» началась ещё в мае 1941 года, когда в 60 км от города Загреб был создан концентрационный лагерь «Ясеновац».
И уже в нём потребовалось создание специализированного холодного оружия, для уничтожения захваченных в плен нонкомбатантов и солдат противника.
Много оружия произошло от сельхозинвентаря. Вспомнили о нём и в этот раз. Вышеупомянутый нож для разрезания снопов был модернизирован для разрезания уже других «объектов». Лезвие ножа было перенесено уже строго в «ладонь». Крепёж был выполнен путём сквозного монтажа через грубую кожаную перчатку, с фиксацией лезвия заклёпками к коже перчатки. На некоторых образцах сквозной монтаж отсутствовал, лезвие крепилось клёпками непосредственно к коже перчатки на ребре ладони. Лезвие относительно перчатки было зафиксировано в положении обратного хвата. Выраженной рукояти, также как гарды и/или больстера, данный нож не имел, их функции выполняла перчатка. Долы на клинке отсутствовали, скосы в основном прямые, от обуха клинка к режущей кромке. В кустарном исполнении термообработка клинка не выполнялась, в целях удешевления и упрощения процесса изготовления, а также потому, что высокая твёрдость кромки не требовалась, требовалась простота заточки. Ножны не были предусмотрены.
Цель создания подобного «изделия» была проста, как мысль улитки и абсолютно бесчеловечна, как применение оружия массового поражения ради развлечения. Она состояла в том, что бы существо, внешне схожее с человеком и исполняющее обязанности палача в концентрационном лагере, могло за наименьший временной отрезок, умертвить как можно больше беззащитных пленных. При этом не получив случайной травмы из-за выскользнувшего из руки багрово-лакового от крови ножа, и затратив на эти действия минимальное количество физических сил. Стоит признать, что с такими функциями этот нож справлялся. Перчатка не позволяла выронить нож, удлинённое (на 3-5 см), по сравнению с сельхозинвентарём, лезвие имело изгиб по направлению к локтю владельца и бритвенную заточку на вогнутой стороне кромки. Восковая пропитка не позволяла быстро портиться кожаной части ножа. Эти конструктивные особенности позволяли наносить быстрый секущий удар по горлу беззащитной, зафиксированной (или попросту по максимуму обессилившей) жертвы, находясь за её спиной. Для атаки противника в рукопашном бою - такое оружие было практически бесполезным. По сравнению с образцами «классических» ножей, данный нож серьёзно ограничивал вектор удара, не позволял оперативно менять руку и хват, а потому какого либо значительного распространения в общевойсковых частях не получил. Как не получил он его и в других качествах в виду полной непригодности к выполнению им каких либо действий, кроме убийства беззащитных людей.
Ход мыслей своих подопечных и их манера уничтожения мирного населения так понравилась представителям органов управления государства несостоявшегося художника, что на заводе в городе Золинген, была изготовлена уже целая партия таких ножей из высококлассной стали для «сотрудников» данного концентрационного лагеря. Помимо высокого качества изготовления, заводские ножи отличала надпись «Gräwiso» вдоль клинка ножа (по некоторым данным надпись была не на клинке, а на его кожаной части). Это слово, впоследствии, послужило одним из его названий. Так сказать «корректное» название. Упоминать «разговорное» название данного ножа нет абсолютно никакого желания. Если оно есть у Вас – «Google» в помощь, как говорится.
Под прикрытием «большого брата» сотрудники концлагеря чувствовали себя комфортно и свободно. Свободно на столько, что в концентрационном лагере «Ясновац» прошли «соревнования». По убийству людей. На скорость. «Изюминкой» этой кровавой вакханалии стал тот факт, что основным оружием этих «спортсменов» был как раз нож «Грэвизо». Зверства и военные преступления процветали и в других лагерях. Но убить массу людей, вот так – на расстоянии прямого контакта, вручную, одним ножом, умудрялись только там. Именно по этой причине ранее я называл «палачей» данной фабрики смерти «существами, имеющими некоторое сходство с людьми». И если у Вас на задворках сознания промелькнёт мысль «да много ли людей можно убить одним ножом», то я отвечу: много. Это не смотря на то, что убийство одного человека уже преступление. В ходе «соревнований», всего за один день их победитель отправил в мир иной по некоторым данным от 900 до 1300 человек. И это только победитель. И это только за один день этих адовых состязаний. По разным данным за время существования данного лагеря были убиты от 80000 до 750000 человек. Опять же по разным данным – до трети из этих жертв носила на теле следы ножевых ударов, характерных для ударов, нанесённых ножом «Грэвизо». Исходя из вышесказанного - этот нож можно отнести к числу наиболее смертоносных ножей той войны.
Как вы знаете, всё закончилось через 4 года после основания лагеря «Ясновац». Основного «спонсора» этих событий грубо и фатально обломала «красная машина». Ценой фантастических жертв и усилий её народа, а также при некоторой поддержке ряда стран.
Этот и другие лагеря были освобождены. Зачастую, впав в состояние шока от увиденного кошмара, освободители украшали не успевшими сбежать сотрудниками лагерей близлежащие деревья, снабдив их шеи косо восходящими скользящими петлями, а ветви деревьев – крепкими узлами. Разумеется, композиция требовала, что бы ноги палачей земли не касались, а узлы на ветвях и петли на шеях соединялись верёвками. В некоторых случаях – им не раздумывая пускали пулю между ушей.
Так или иначе – всё было кончено. Сотрудники концлагерей объявлены военными преступниками. Большая часть – казнена. Меньшая часть - получила значительные сроки отнюдь не курорта. Единицы подались в бега. На регион опускалась мирная жизнь. История этого ножа, который я категорически не хотел бы взять в руки даже «на посмотреть» вроде бы закончилась. Как оказалось – ненадолго. И история ножа, и мирная жизнь.
Спустя примерно 50 лет Балканы настиг очередной виток беспредела, «жести» и военных преступлений.
Одна заокеанская держава, руководствуясь понятными только ей принципами демократии и человеколюбия, а также имея полную не поддержку своих действий советом безопасности ООН (а значит, действуя незаконно согласно международным нормам) развернула уже локальную мясорубку. Формальная причина – геноцид одних этносов другими. В геноциде были обвинены не старые сподвижники идеолога геноцида, а их жертвы. И нация, среди которых числились потомки военных преступников прошлой войны, в очередной раз получила карт-бланш от могучей державы. Потомки возликовали, достали дедовские ножи «Грэвизо» и приступили к действиям против соседей, но… Тут их ждал облом. Безусловно, ещё некоторое количество мирных жителей вновь было убито этими ножами. Ножи были модифицированы: в очередной раз была увеличена длина клинка (уже до 15-25см), кожа перчатки заново пропитывалась, уже различными химическими соединениями. Вот только создать некое подобие лагеря «Ясеновац» им было уже не суждено. Наличие такого ножа при себе стало несовместимым с жизнью обстоятельством, в случае Вашего задержания с этим оружием солдатами государственной армии или бойцами некоего добровольческого подразделения самообороны под командованием некоего «Аркана», символом которого было крупное хищное животное семейства кошачьих.
Косвенную поддержку им в частности и атакованному государству в целом, оказывал престарелый, время от времени адекватный руководитель «красной машины», которая уже сама по себе не являлась красной и была на 70% уничтожена по результатам «Холодной войны». Как бы то ни было, в 90х годах на Балканах снова шла война. Имел место геноцид. Гибли люди. Однако дальнейшего развития нож «Грэвизо» не получил. Да, им махали «на камеру» либо молодые и глупые, либо опытные и одиозные солдаты и командиры. Но вот такой «массовости применения» уже не было. Кровь имеет свою память. И любители таких экзотических ножей прекрасно понимали, что «поймать пулю» от разгневанного противника легче лёгкого, особенно если провоцировать его целенаправленно и в индивидуальном порядке. По этому – мелькали такие ножи всё реже и реже, постепенно отходя в область истории.
Такова бесславная история ножа «палача». Слава Богу, что его распространение было ограничено, а ситуация на Балканах в настоящее время – относительно стабилизировалась. Беспокоит только один факт: при вводе в интернетовском поисковике названия «нож «Грэвизо», наиболее распространённый запрос: «нож «Грэвизо» купить».
На этом сегодня мы заканчиваем свой рассказ, ставьте лайки, комментируйте и конечно в обязательном порядке подписывайтесь, Вам не сложно, нам приятно! Всем спасибо до новых встреч!