Мечта о попадании в Зал Славы Рок-н-ролла осмыслялась. Я заметил, что мне довольно трудно припомнить кого-нибудь, кто был бы замечен там в одиночку кроме Элвиса. Глубокого баритона и роскошной шевелюры я у себя в тот момент еще не обнаруживал, поэтому было решено пойти на авантюру: собрать рок-группу. Как прирожденный лидер, я действовал решительно: одного из своих друзей я уговорил записаться в музыкальную школу по классу гитары, другого - выпросить у отца бас на Новый год (случайная отсылка к текущему времени года, с наступающим, господа!). Уже тогда мы начали зарождать всю эту историю с симуляцией музыкальной деятельности, при чем именно тогда её "симуляционность" переживала свой апогей. Мы репетировали в гараже? - нееееет, мы не репетировали вообще. Ребята просто уединялись со своими новыми инструментами каждый в своей норе и непонятно чем занимались, но зато вся школа знала, что у нас есть собственная рок-группа. Мы писали песни, причем слово "писали" здесь предельно буквально, так как писали мы их в тетрадке, и не нотами, а словами, буквами, транскрипциями звуков вида "дждждж" и, конечно, текстом в виде моих неописуемо-глубоких стихов.
Так тянулись года. К своей прирожденной одарённости я стал относиться с большей иронией и, наконец, сам решил обратиться к специалисту. В 14 лет я записался в музыкальную школу и стал грызть гранит нотной грамоты в купе с улучшением растяжки пальцев на руках и рвением горла. Уроки сольфеджио, конечно, я удостоил своим присутствием не более трёх раз за весь период обучения в музыкальной школе (а учился я там аж вплоть до поступления в универ). Моего учителя музыки зовут Рашид Касумович, он очень душевный и открытый человек с таким...ярким темпераментом, унаследованным из понятных краёв. Наши уроки проходили непринуждённо. Порой настолько непринужденно, что я только успевал с ним поздороваться, как он удалялся по своим делам и мне приходилось общаться по душам с другими учениками, назначенными на то же время (а уроки у нас были индивидуальные). Зато из прекрасного вокалиста в нашем с друзьями блокноте музыкальных грёз я потихоньку стал отвратительным вокалистом в реальности. Рашид Касумович просто заставил меня попробовать. Почему-то это были Битлз. Как сейчас помню - первая песня, которую я с серьезными щами спел где-то вне дома была до банальности известная композиция вокально-инструментального ансамбля из Ливерпульщины под названием "Вчера". Мне было стыдно, неловко, странно смотреть в глаза 55-летнего лысого мужика, который ритмично кивает головой и аккомпанирует мне на гитаре, пока я рву горло, совершенно не представляя что делаю. Когда я отмучился, я услышал заветные вежливые и педагогичные комментарии, без сомнений, отточенные Рашидом Касумовичем за более чем 20 лет практики, глубоко выдохнул и придумал, что я теперь занимаюсь вокалом. И эта универсальная отмазка сопровождает меня уже почти 10 лет. Универсальная она потому, что служит как оправданием для себя, когда приходится петь, или же как реклама для другого, перед тем как придётся петь (если я осознаю, что лучше как-нибудь спеть в этот раз, чем не петь вообще, напр. в студии звукозаписи я пытаюсь успокоить побледневшего от ужаса звукорежиссёра сообщением о том, что я учился вокалу и это "прост стиль такой, Серёг"). Это, кстати, отлично демонстрирует мой симуляционный подход к творчеству. Я мыслю следующим образом: если есть компетентный человек, который предложил мне запеть, а после того, как я запел, предложил еще раз и не запрещал это делать вплоть до окончания музыкальной школы, то я могу считать это лицензией на это самое варварское действие в дальнейшем. Не важно как. Главное - что есть на кого переложить ответственность и возможность осуществления самого акта.
Очень надеюсь, что к сумбуру, описанному выше, получится отнестись с необходимой долей иронии, иначе и смысла читать нет. И да, я понимаю, что лучше бы написал это в начале, но тут главное написать, что я это понимаю. Продолжим еще.