МАСТИТЫЙ МЕЙНСТРИМ
Народ, разумеется, безмолвствует, иногда злорадствует. Это объяснимо.
За последние два или три десятилетия мейнстрим с помощью послушного ему телевидения и «крупных издательств» приучил народ к тому, что ничего особенно интересного в эфире, в Интернете, в культурной жизни нет и не предвидится. Есть какие-то развлекательные шоу, книги, тусовки, градус интереса — чуть выше обыденной скуки, «время провести», и огромное количество халявы. Допущенные в мейнстрим люди — дрессированные, лишнего не скажут. Буянистые рокеры прошлых поколений послушно заседают в жюри телевизионных конкурсов, рассчитанных исключительно на обывательский вкус, получая за это деньги. Маститые писатели тусуются напропалую, участвуют в теледебатах, интересных книг не пишут. Известные художники, имен которых никто не знает, рисуют так, что вменяемому человеку не придет в голову купить и повесить себе на стену просто потому, что понравилось. Архитекторы строят — ну, вы знаете, что они нынче строят.
Мейнстрим всегда, во все времена, был мафией, но время от времени наступал новый цикл, возникала оппозиция, и появлялись новые формы, новые произведения, новые таланты.
Сейчас — пусто. Новым талантам некуда пойти, кроме как в мейнстрим, где, если они придутся ко двору, их будут дрессировать и научат быть скучными. И народ уверился, что все без исключения деятели культуры — люди унылые и бездарные и что те, кто приходит им на смену — тоже хотят быть именно такими же унылыми и получать за это деньги в качестве прихлебателей. Народу прихлебатели и желающие стать таковыми не нравятся, и, когда кого-то из новых людей гнобят мелкие пакостники, народ думает, что так ему и надо. А доказать народу, что новый человек сочиняет или рисует что-то талантливое и интересное — негде.
ЭКСПЕРТЫ
Досадно, что и сам «народ» тоже стал дрессированный.
На телевидении и в Интернете развелось, наряду с мелкими пакостниками, невероятное количество «экспертов», людей «авторитетных». В принципе, это те же мелкие пакостнинки, те же белые муравьи, но с другой окраской. Белые в ультрамариновую полоску.
Обыкновенные люди, склонные, например, к чтению книг, боятся или ленятся поделиться впечатлениями о прочитанном — зачем? Придет «эксперт» и выскажется. Максимум, на что решается читатель, не являющийся ни мелким пакостником, ни экспертом, —
Владимир РОМАНОВСКИЙ
«очень понравилось». Он не поделится бурным восторгом с друзьями и знакомыми, не опишет подробно свои впечатления от героев и действия, не восхитится необычным стилем повествования, не будет расхваливать подробно юмор, не перескажет сцену или главу — нет. «Очень понравилось».
Зато мелкий пакостник напишет горы комментариев, объясняя, почему книга никчемная, и автор никчемный, и почему читать (а тем более покупать) эту книгу не нужно. И «народ», приученный мейнстримом к скуке, возрадуется злой критике: «Эка приложили возомнившего о себе! Книги он пишет... прозаик... Нет, пусть идет работать в контору или в поле!..»
А «эксперты» хорошее пишут только о мейнстриме, ибо сами к нему в той или иной степени принадлежат, либо страстно желают принадлежать в надежде, что их по телевизору покажут. Или выделят им дом в Переделкино. И «экспертов» этих народ слушает. Не может же, помилуйте, человек с дипломом соответствующего заведения быть невеждой? Не могут ведь «серьезные издания» и «авторитетные программы» публиковать и показывать людей некомпетентных?
И хотя раз за разом оказывается, что могут и показывают, «народ» все равно... э... «не уверен». И все тут. «Не могут же...»
Ситуация, таким образом, создалась совершенно патовая. Новый Ренессанс давно назрел, но вот, изволите ли видеть, — препятствия. Мелкие пакостники, эксперты, равнодушие народное.
И ЧТО ЖЕ?
Есть ли из этой ситуации выход? Разумеется, есть. Даже несколько. Некоторые из них совершенно очевидны.
Следует, например, помнить, что мейнстрим в данный момент никому не платит и ничего не оплачивает. Он слишком застоялся, слишком в прошлом, слишком прилизанный, он боится конкуренции и коммерции как чумы. Когда в нем наконец произойдет реальная, стихийная смена поколений (а она произойдет рано или поздно), тогда — другое дело, тогда будут и гонорары, и сенсации. Но в данный момент ни один писатель в мире не живет на гонорары. Мейнстрим прикармливает дрессированных — подачками, и только. Подачки эти субсидируются, разумеется, мейнстрим себя не окупает.
Следовательно, достойному художнику в данный момент в мейнстриме просто нечего делать. Мысли о мейнстриме следует отложить до лучших времен.
С мелкими пакостниками бороться можно тут и там, особенно ежели коллективно, но серьезных результатов от этой борьбы ждать нецелесообразно. Когда один мелкий пакостник сдает позиции, на его место тут же приходят десять новых. «Кем хочешь стать, когда вырастешь, сынок?»
«Свободным художникам» следует создавать новые сообщества в больших количествах, придумывать новые проекты и формы и действовать сообща. При этом прежде, чем обвинять читателей или зрителей в равнодушии, следует сперва разглядеть бревно в собственном глазу. Новые сообщества требуют раскрутки — и, да, капиталовложений, а также труда, энергии, времени. О новых формах и новых проектах нужно ставить «общественность» в известность — сообща.
Нужно забыть, прочно и на многие годы вперед, пикантные фразы вроде «нет времени», «очень занят», «сейчас не могу». Фразы эти очень любят произносить именно бездельники, а также люди, принципиально предпочитающие подачки честно заработанному рублю.
Нужно брать (друг у друга, ежели чего) интервью и помещать их в ютьюб и на сайты. Нужно писать рецензии на новые книги в больших количествах. Нужно постоянно создавать новые проекты. Нужно снимать фильмы своими силами — по свеженаписанным сценариям-миниатюрам, благо у всех есть нынче — ну хотя бы смартфоны, а найти человека, который «сырой материал» упорядочит и сделает качественный клип — очень несложно. И делать все это нужно коллективно, а не в одиночку и «каждый за себя». Как говорил не кто-нибудь, а лично царь Соломон в «Екклесиасте» (ну, вы знаете ...): «Кто наблюдает ветер, тому не сеять; и кто смотрит на облака, тому не жать. Как ты не знаешь путей ветра и того, как образуются кости во чреве беременной, так не можешь знать дело Бога, Который делает все. Утром сей семя твое и вечером не давай отдыха руке твоей, потому что ты не знаешь, то или другое будет удачнее или то и другое равно хорошо будет».
То есть везде, всегда и много, и — что-нибудь да вырастет.