Бархата — старенького и спокойного пса — мне выдала подруга-волонтер, которая спасала гончих. Я никогда не думала, что он может быть хоть сколько-нибудь агрессивным, злым или кусачим. Приехал и заселился он и правда настоящим тихоней и засоней. За что и получил свою нежнейшую кличку (помните правило: новая жизнь — новое имя). Псиномать наивно полагала, что имя выбрала идеально, ведь старая гончая — это обычно самая приятная собака на свете. Посудите сами: покушать и погулять любят, а в остальное время сладко спят. С агрессией проблем не бывает, ведь они уже всем все доказали: ни у кого ничего не отбирают, ни над кем не доминируют. В общем, старая гончая — это здОрово.
Первые дни и даже недели Бархат был ярким тому подтверждением. Даже приставка «русская» гончая, обычно подсыпающая щепотку доминантности и агрессии к характеру собаки, себя не проявляла. Бархат, гуляя в огромной куче собак четвёртого и пятого корпусов (в которых живут самые активные парни, по большей части гончаки), ни разу ни в одной стычке замечен не был.
Эти два корпуса по причине своей активности гуляют дольше остальных. А Бархат так вообще возвращался последним с выгула в любую погоду — шарился по кустам, пока я весь табун рассортировывала по стойлам. Чтобы вы лучше себе представили: обычно собаки гуляют час-полтора, а потом еще столько же мы возвращаем каждого на базу. Пропажа одного бойца обнаруживалась уже когда остальные были на местах. Тогда и начал проявляться истинный характер Бархата. Я брала его за ошейник и вела, как козу, ибо добровольно он никогда не сдавался и сам к двери не приходил.
Это не доставляло никаких проблем ровно до момента, как он начал охотиться на мышей. Однажды Бархат очень увлеченно раскапывал мышиное гнездо, а я как раз писала сторис для инстаграм, когда Дима взял его за ошейник. Бархат развернулся и всеми своими зубами кааак давай жраться. Отвлекли мужика от охоты, супостаты! — наверное, крутилось в тот момент в его немолодой головушке. А мы что? Нам ничего не оставалось, как учесть эту особенность. Бархат с тех пор, кстати, не очень хорошо воспринимает Димины попытки вернуть его с выгула домой. Злопамятный старик оказался. Так что домой он ходит за ручку с Псиноматерью, ведь меня то он еще не кусал :-)))
И тут все должны были жить долго и счастливо, в мире и согласии, но пришёл Он — отит. У гончих это вообще частая проблема из-за висячих ушей, дурных привычек шариться в земле, кустах и где ни попадя, а значит от вечной сырости в ушах-простынях. И вот однажды в тихоню Бархата вселился дьявол, то есть отит. Это был самый настоящий ад, я не шучу. Бархат не просто не давал обработать уши. Он серьёзно и по-настоящему швырялся, причём с неистовой силой, какова для старика просто немыслима. Неимоверных усилий стоило завязать этому бесноватому пасть, но и это не прибавляло ему смирения — зверь только свирепел и продолжал этот неравный (для нас) бой. Он шарахался от капель, как черт от ладана.
Это был беспрецедентный случай в нашей практике, когда пришлось перейти на таблетированную форму антибиотика при отите. Как вы понимаете, скормить чудовищу таблетки в голом виде также не представлялось возможным. Приходилось идти с подношениями в виде консерв, сосисок и сыра, ловко маскируя в них лекарство, которое, наконец, должно было изгнать зверя из нашего милого спокойного старичка.
Милый старичок вернулся, но воспоминания об изгнании отита навсегда останутся с Псиноматерью :-) Готова поспорить, что вы его теперь тоже не забудете 😉