Это был самый обычный понедельник. Мой второй понедельник в Голландии. Время — полдень. На детской площадке во внутреннем дворе нашего дома кроме меня и копающегося в песке сына ни души. Где-то в небе прогудел самолёт, что в нашем не самом отдаленном от аэропорта районе, дело вполне привычное. И вдруг... оглушительно взвыла сирена. Это не был предупреждающий сигнал пронёсшихся мимо пожарных или машины скорой помощи. Звук был настолько громким и доносился буквально отовсюду, что сомнений не возникло ни на секунду — это сигнал тревоги. Судорожно набираю мужу сообщение, а в голове, натыкаясь одна на другую, носятся мысли: «Пожар? Война? Русские решили-таки показать Европе Кузькину мать?...»
«Посмотри по людям, как они себя ведут», — отвечает муж. Видимо, у него в офисе войны пока не наблюдается.
Сирена тем временем замолкла. Орала минуты, наверное, две, но по ощущениям — не меньше часа.
Так, люди... Люди… Да где же их взять-то, людей?! Вокруг пусто, как будто все уже вымерли. Даже в окна никто не выглядывает.
Сын тоже поднапрягся. Поэтому ни секунды не сопротивлялся, когда я предложила пойти и посмотреть, что происходит. Выбрались на более оживленную улицу. Неподалеку начальная школа. Во дворе кричат и носятся дети, но дети всегда кричат и носятся — не показатель. Молодая женщина судорожно затаскивает маленькую дочь в подъезд, выражение лица напряженное, губы стиснуты. Одно из двух: или в стране ввели военное положение, или нужно экстренно сменить подгузник. Стремительно пронесся парень на мопеде. Спешит в секретный бункер или просто по делам опаздывает?
Так, яснее не стало… Наконец, замечаю рабочего, копошащегося на клумбе, и подхожу.
— Извините, — обращаюсь к нему по-английски. — А что это сейчас был за звук?
Мужчина лучезарно улыбается, в глазах — абсолютная Сахара: ни черта не понимает! Переспрашивает. — Звук?
— Да-да, громкий звук. Сирены или что-то подобное.
Несколько секунд напряженной тишины. Наконец, по лицу мужчины пробегает волна озарения. Жестами он предлагает пойти за ним. Оказывается, неподалеку группа его коллег. Он кричит одному из них (я не уверена даже, что на голландском) что-то вроде: иди сюда, тут дамочке чего-то надо, ты же вроде говоришь на английском?! (Перевод чисто предположительный)
Рабочий поворачивается ко мне и снова слепит улыбкой (ему бы в рекламе стоматологии сниматься, честное слово!!!): — Я сам по-английски ни бум-бум, но сейчас мой друг подойдет, и разберемся. (Ну то есть это я думаю, что он сказал так).
Когда походит коллега моего улыбчивого помощника, я пускаюсь в объяснения:
— Понимаете, мы только что переехали, и я не до конца освоилась… Что это сейчас был за звук, не подскажете? Громкий такой, как сирена?
— О! — восклицает мужчина. Слава небесам, он меня понял!!! — Не переживайте! Это всего лишь проверка систем оповещения. Они на случай чрезвычайной ситуации, наводнения, например. Системы проверяют каждый месяц, в первый понедельник, если не ошибаюсь. Все уже привыкли, внимания не обращают, так что тоже привыкайте.
Я поблагодарила мужчин, и мы с ребенком вернулись к делам песочным. Фух, можно выдохнуть. Просто бдят и контролируют голландцы на случай «мало ли что!». И не спорю: все правильно!
Но все-таки хорошо, что я успела посетить туалетную комнату перед выходом!