В предыдущем материале я попытался дать понятие «души в живописи», но так и не написал о собственной жизни картины. Да, действительно, выдающееся полотно вполне способно «жить своей жизнью»: вдохновлять граждан на какие-то решительные поступки, а художников – на создание собственных творений, о нём пишутся стихи, статьи, книги, сценарии, слагаются легенды… В нём ищется то, чего художник, может быть, даже и не подразумевал при его создании. На эту тему защищаются диссертации и снимаются фильмы.
Вот так я себе это вкратце представляю. Да, ещё есть такой показатель: если картину «цитируют» (1. Илья Глазунов, картина «Закат Европы», здесь справа – «цитата» из картины Веронезе), то это тоже говорит о её богатой и самодостаточной «жизни».
Но на этот раз тема моего рассказа иная. Я хотел бы пояснить, чем собственно картина отличается от этюда. Многие, наверное, слышали, что большинство художников «ходит на этюды», и, наверное, знают, что это означает работу над небольшим полотном где-то вне дома. Вообще, дословно вышеупомянутым французским словом обозначается подготовительный набросок для будущего произведения, то есть не обязательно это живопись, и совсем даже не обязательно пейзаж, но многие живописцы как-то привыкли употреблять это понятие по отношению к пейзажу на свежем воздухе. Хотя более точно подобную работу на улице характеризует также французское слово - «пленэр» (переводится «на открытом воздухе»).
Итак, «этюд», в любом случае – сравнительно быстрый «набросок», со своей композицией, найденными цветовыми отношениями и колоритом.
Картина же – это не увеличенный этюд, а сюжетное произведение. В отличие от этюда, картина не пишется с натуры, а строится, как из кирпичиков, из накопленного материала: отработанных отдельно фигур (если они есть), пейзажных мотивов, различных предметов, зданий, которые художник, в целях наилучшего исполнения их образа, отдельно изображал (возможно, что и многократно, в разных ракурсах). Когда автор приходит к выводу, что части своей будущей картины он достаточно подготовил для неё, он приступает к созданию самой работы. Это дело затяжное, и может занимать месяцы и даже годы.
Для картины «Явление Христа народу» художник Александр Андреевич Иванов исполнил свыше 600 этюдов (2, 4) с натуры, некоторые из которых сами напоминают полноценные картины. Он работал над своим полотном в течение 20 лет (1837-1857), и о нём знали все, кто интересовался в то время живописью.
«Иванов называл этот сюжет «всемирным», он стремился показать всё человечество в решающий, определяющий его судьбу момент. В центре картины — фигура Иоанна Крестителя, совершающего крещение народа в реке Иордан и указывающего на приближающегося Иисуса. Слева от Иоанна изображена группа апостолов — юный Иоанн Богослов, за ним Пётр, далее Андрей Первозванный, а за его спиной — Нафанаил, так называемый «сомневающийся». На первом плане — юноши и старцы — образ непрекращающейся жизни. В центре — богатый, отшатнувшийся от Христа, и раб, о котором Иванов сказал: «Сквозь привычное страдание впервые появилась отрада». Справа — фигура «ближайшего к Христу», в котором узнается облик писателя Н. В. Гоголя. В облике странника с посохом, сидящего неподалеку от Иоанна, художник запечатлел собственные черты» (из Википедии).
Кроме этюдов, были и эскизы (3), являющие собой уменьшенный вариант полного сюжета. Их тоже было немало.
Первоначальный вариант картины, как мы видим из рисунка (5), заметно отличался от конечного результата. По меняющимся эскизам зачастую можно наблюдать ход мыслей художника, подобно тому как по рукописям поэта или прозаика мы созерцаем его творческий поиск. Вспомним хотя бы «четырёхэтажные» зачёркивания Александра Сергеевича Пушкина!
Подписывайтесь на канал, ставьте "палец вверх", будет много интересного!