Новость обрушилась с обескураживающей беспощадностью: в Нижнекамске ушёл из жизни художник Владимир Никольский.
Он стал очень популярен в восьмидесятых годах, в которые ворвался со свойственной ему энергией, бесконечными идеями, оригинальной философией, яростной и нежной любовью к жизни. Этой любовью он весело кидался, как снежками, не сомневаясь, что его поймут. Так ведут себя дети, искренние люди и… шуты. На одном из автопортретов Никольский и изобразил себя в соответствующем колпаке, считая шутовство в его великом понимании своей внутренней ипостасью.
Он был артистичным живописцем, гениальным шутом, грустным балагуром, смеющимся лириком, обаятельным сквернословом, беспечным бессребреником… С ним хотели дружить сильные мира сего и сантехники из ЖЭКа, космонавты приглашали его в Звёздный городок. Именитые художники писали его портреты – он был для них находкой как исключительная личность.
Член Союза художников России, заслуженный деятель искусств Республики Татарстан, он и сам с трудом мог сосчитать свои коллективные и персональные выставки. Работал взахлёб и удивительно быстро, неделями не выходя из мастерской, часами не отходя от мольберта. Картины его разлетались, не успев просохнуть… Сегодня они хранятся в государственных и частных коллекциях. В каждой картине – он сам. Но в одной, пожалуй, его больше всего: из глубины холста с загадочной полуулыбкой на устах бережно по земле ступает мальчик, прижимая что-то к груди. Это «что-то» светится…