В советское время переводческая работа была очень актуальна и востребована. Творческое наследие многих писателей переведено на языки народов СССР и стало достоянием большой многонациональной страны. Реже, но переводились на языки разных народов и фольклорные произведения, особенно сказки. Однако перевод эпосов на языки народов России, тем более СНГ, не практиковался. Для введения во всероссийский научный оборот эпосы народов России переводились на русский язык, а в международный – на английский язык.
В рамках Программы празднования десятилетия олонхо (прим. ред. – «олонхо» – древнейшее эпическое искусство якутов, занимает центральное место в системе якутского фольклора) как шедевра нематериальной культуры ЮНЕСКО возникла идея перевода олонхо на языки народов России, которая была предложена руководством Института олонхо СВФУ им. М.К. Аммосова и поддержана многими республиками. На правительственном уровне Республики Саха (Якутия) утвержден график взаимопереводов эпосов между республиками, в том числе с Республикой Башкортостан за подписью заместителя Премьер-министра Правительства Республики Башкортостан С.Т. Сагитова.
Однако первый взаимоперевод эпосов состоялся между Якутией и Киргизией уже в 2014 г. В 2015 г. по заданию Государственной научно-технической программы Академии наук РБ «Стимулирование инновационной деятельности в Республике Башкортостан» группой сотрудников Института истории, языка и литературы УНЦ РАН под руководством профессора Ф.Г. Хисамитдиновой осуществлен перевод киргизского народного эпоса «Манас» на башкирский язык. Перевод на башкирский язык кыргызского народного эпоса «Манас», признанного нематериальным культурным наследием ЮНЕСКО, осуществляется впервые. Среди кыргызов существуют разные версии и варианты этого эпоса. Для перевода был выбран официально канонизированный текст известного акына Бексултана Жакиева.
Статья о проблемах и сложностях при работе над этим переводом была опубликована основными переводчиками. Данная статья нацелена на продолжение изложения мыслей по переводу киргизского эпоса «Манас» на башкирский язык еще одного переводчика – автора этих строк. Героический эпос «Манас» – величественный памятник духовной культуры киргизского народа, который «повествует о многочисленных битвах и походах народных героев – Манаса, его соратников и потомков. Это цепь бесконечных походов и приключений, разнообразнейших сюжетных событий, раскрывающих психологические переживания героев, рисующих быт народа, сватовства и женитьбы, празднества и обряды».
Предыдущие переводчики правильно отмечают, что идейно-художественное своеобразие и тематика, и драматизм описываемых событий, связанных с яростной схваткой с внешним врагом, близки духу башкирского народа. Они нашли свое эпическое воплощение в таких башкирских эпосах как «Урал-батыр», «Акбузат», «Заятуляк и Хыу-хылу», «Таргын и Кужак», «Ек-Мэргэн», «Кусяк-бий», «Карасакал» др. Поэтому для башкирского переводчика эпос «Манас» является родным по содержанию эпическим памятником. Как отмечает башкирский языковед З.А. Си-разитдинов, киргизы по языку, религии, обрядам и обычаям – близкий, родственный башкирам народ. Родство двух народов проявляется также в общности наших древних имен (Ташбулат, Амангилде, Ас-кар, Сынгыз, Туктагул, Алтынай, Ямал, Айнур, Тансулпан и др.), названий продуктов питания (кумыс, казы, корот, тал-кан, бишбармак, буза, айран и т.д.), названия орнамента на коврах (кускар), убранстве юрт, схожести обрядов, обычаев (охота с птицей, войлоковаляние, проведение скачек, сенляу (плач) во время проводов невесты из отцовского дома); в уважительном отношении к старшим, приветливости и гостеприимности. Родство можно увидеть даже в названиях родов и племен, топонимах. В происхождении обоих народов участвовали племена сарт, канлы, кыпсак, таз, меркет и др. У башкир известно племя киргиз. Районный центр Миякинского района Республики Башкортостан называется Киргиз-Мия-ки; в Краснокамском районе есть деревня Киргиз; в Аургазинском районе – река; в Кармаскалинском, Учалинском районах гора называется «Киргиз». Сближает два народа и то, что во многих вариантах эпоса «Манас» говорится, что мать героя Сыйыр является дочерью Булгарского Иштяк-хана, а башкир, как известно из истории, казахи, киргизы, узбеки в древности называли иштяками. Это еще одна деталь, которая несколько сближает нас и с эпосом, и с его главным героем.
Переводчикам «Манаса» на башкирский язык было и легко, и трудно: легко потому, что перевод текста делали с оригинала, а киргизский и башкирский язык относятся к тюркской группе, и их лексический состав довольно схож, трудно потому, что эти языки не имели прямых контактов, поэтому в каждом из них образовались разные напластования.
Естественно, при переводе произведения переводчики столкнулись со множеством проблем. Для достижения эквивалентности перевода эпоса «Манас», прежде всего, необходимо было сделать построчник. Поскольку издание планировалось адресовать широкой аудитории, из построчника нужно было сделать понятный текст, соответствующий оригиналу, с сохранением колорита и выразительности переводимого произведения. Сложность возникала и из-за множества этнокультурных реалий. Это названия предметов обихода (кыл кыяк – двухструнный смычковый инструмент), военная лексика (со-от – военная одежда, калча – телохранитель, чор – соратник), слова, связанные со скотоводством (аркар – горный баран, кебээ – ягненок, күлүк – скакун), слова, определяющие социальный статус человека (эр, бек, кан) и т. д.
При переводе приходилось сталкиваться с трудностью выбора подходящего слова из-за его полисемантичности (прим.ред. – многозначности). В этом случае выходили из положения по смыслу предложения. Сложно было работать и с устойчивыми выражениями. Например, «кызыл тупөк, сыр найза» в киргизском фольклоре соответствует выражению «крашеная пика красным бунчуком», а в башкирском языке это «буялған һөңгөлө ҡыҙыл таяҡ».
Здесь читателю необходимо объяснить, что бунчук – это палка, привязанная к хвосту коня турецкого паши как знак правителя. Историческая и языковая общность двух тюркских языков при переводе эпоса позволили оставлять некоторые слова без изменений: ат, болот, айбалта, мал и т. п., или с небольшими фонетическими изменениями: əжəл – ажал, ҡəбер – кабыр, ҡатын – катын и т. п. Выяснилось также, что в киргизских словах буква «ө» при переводе на башкирский превращается в «ү»: көр – күр, көз – күҙ, и наоборот: үй – өй, үмүт – өмөт; буква «у» – в «о»: бузулду – боҙолдо, туй-гун – тойғон; буква «и» – в «е»: киши – кеше.
Проблемы возникали и с собственными именами. Например, если имена Жакып (Яҡуп), Жолой (Йолой), Кылжейрен (Ҡылйерəн), Көкжал (Күк ял) не вызывали трудностей при превращении на башкирский, то именам Акеркеч, Ажыбай, Сурданбай сложнее было выбирать башкирские параллели. Не всегда удавалось находить переводы слов. Обнаружились некоторые трудности, заключающиеся в фонетике, грамматических особенностях киргизского языка. Работу по переводу затруднили также архаические слова киргизского языка.
В то же время встречались созвучные. Так слово «груша» по киргизски – «алму-рут», а по-башкирски – «армыт». Некоторые слова приходилось оставлять как есть: из-за отсутствия соответствующего слова – «беренге» (вид беркута); из-за лишних слогов – «тарыкты» вместо «һаранланды», понятного по смыслу из предложения.
Традиционно эпос имеет поэтическую форму, а переводчику необходимо создать новый поэтический текст, эквивалентный оригиналу по его концептуальной и эстетической информации, но в соответствии с нормами языка, потому что «текст перевода – это речевое произведение на переводящем языке, и в нем должны соблюдаться правила нормы этого языка».
#перевод #эпос #манас #киргиз