Сколько себя помню наше сельское хозяйство медленно но верно катится в то место про которое в приличном обществе не говорят. Еще в детстве на полях росла пшеница, была кукуруза, гречиха опять же. Мужики после развала Союза работали так сказать по инерции – колхозы еще работали, хоть и зарплату по большей части давали той же пшеницей да соломой. Постепенно поля зарастали, посевные площади сокращались, становилось меньше и скота. Сейчас даже удивительно проезжать маленькие деревеньки и наблюдать на их окраинах белые фермы, точнее их остатки. Удивительное дело – ведь все это когда то работало и давало работу местным.
К 1999 г. (это если сравнивать не с самым удачным 1990 годом.) посевные площади зерновых культур сократились на 17 млн. га, а это поверьте много, размером с небольшую европейскую страну. Брошенные пашни стали зарастать кустарником или же деревьями как у нас, заболачиваться. После того как бывшее поле заросло самосевом, лесхоз перевел их в лесфонд и собственно забрать эти земли под нужды крестьян уже не получится. Валовой сбор зерна упал с прежних 117 млн. тонн в год до 70 млн. Средняя урожайность съехала с 19 до 13 центнеров с гектара.
Но оказывается в животноводстве дела еще куда хуже: за годы прогрессивных «реформ» поголовье КРС во всех видах хозяйств сократилось с 59 млн. до 21 млн. Свиней было 40 млн. штук, осталось 13 млн., овец и коз насчитывалось 61 млн. голов, осталось чуть больше 17 млн. Птицы было 660 млн., а к 1999 году сократилось в два раза. Современные историки любят погундеть о том как коллективизации сократила наше сельское хозяйство, однако ни коллективизация, не Великая Отечественная война такого разгрома животноводства не давала. Поэтому стоит признать – у нынешних правителей явный талант!
А что же жители села? Они откатились обратно в век натурального хозяйства. Крестьянин вынужден иметь свое небольшое подворье – сад, огород, скотину. Продукты произведенные им самим он меняет на другие жизненно важные продукты, такие как мука или сахар. Без своего хозяйства селянин обречен, потому как другой работы больше нет нигде, за очень редким случаем. Вот и живут крестьяне с той мыслью, чтобы по осени продать овощи да мясо. Тут весьма кстати приходятся хитрые дельцы которые скупают картошку и мясо по весьма привлекательным для них ценам. В итоге крестьяне получают копейки и конечно же о расширении какого то хозяйства речь не идет. Если одну-две коровки, ну пусть даже пять семья еще сможет вырастить, то если больше то на большее сил попросту не хватит.
Да и кто был в деревне тот знает, что главными орудиями труда были и остаются древние, оставшиеся об дедов косы, лопаты и вилы. За последние сто лет ничего особо не поменялось, да в советское время были трактора и какая то механизация. Она вроде как и сейчас есть, просто для трудяг в деревне она недоступна. О каком развитии можно говорить, если я половину лета машу косой, точу её и отбиваю. А потом сено переворачиваю деревянными граблями и стог метаю деревянными вилами.
С одной стороны можно сказать: ну и что? Да соль то в том, что нынешняя наша страна не может обеспечивать себя не то чтобы высокотехнологичными продуктами, она едой себя не может обеспечить. А это уже угроза национальной безопасности, хотя кто я по сравнению с великими умами заседающими в кремле. Они то себе безопасность обеспечили – у всех гражданство в Европе и США и недвижимость там же