В конце июля 1919 г. Красная армия вышла на границы этнической Польши, и среди лидеров большевиков развернулась бурная дискуссия о том, что делать дальше. Лорд Керзон предложил сторонам заключить перемирие и остановиться на этнической границе (знаменитая «линия Керзона» впервые была предложена в 1919 году и в последствии использована Сталиным как аргумент при дележе Польши в 1939 году), но перед мысленным взором Ленина и Троцкого уже вставали видения советизированной Западной Европы.
Выступая на срочно созванном в Москве II конгрессе Коминтерна Ильич уже начал рассказывать о всемирной пролетарской революции и всемирной Советской республики. В атмосфере всеобщего угара Сталин оказался одним из немногих реалистов. В отличии от Ленина, Сталин сильно сомневался, что при приближении Красной Армии польский пролетариат поднимет восстание и напоминал о Врангеле, который по-прежнему занимал Крым и с началом советского контрнаступления упорно пытался вырваться с полуострова, чтобы нанести удар в спину.
В результате стол явного противодействия политики партии, Политбюро ЦК решило полностью устранить Сталина от решения польского вопроса. 2 августа 1920 года в штаб Юго-Западного фронта пришел приказ передать Западному фронту 1-ю Конную, две общевойсковые армии и впредь заниматься только Крымом. Однако, Сталин отказался завизировать это распоряжении и ругался с Москвой на протяжении недели. В конце концов, стороны пришли к компромиссу: армии оставались в составе Юго-Западный фронта, но должны были принять участие в походе на Польшу.
Тем временем, войска Западного фронта под командованием Тухачевсткого стремительно продвигались к Висле. 23 июля 1920 года главнокомандующий Сергей Каменев приказал Тухачевскому форсировать Вислу и взять Варшаву не позднее 12 августа. Войскам же Юго-Западного фронта под командой Егорова (Сталин был членов РВС и комиссаром фронта), следовало продолжать наступление на юг, захватить Львов и быть готовым к отражению возможного удара из Румынии.
Таким образом, между двумя фронтами образовалась опасная брешь, прикрытая лишь очень слабыми советскими корпусами на левом фланге Западного фронта. 5 августа, выйдя на подступы к польской столице и встретив упорное сопротивление, Тухачевский потребовал от Ставки прикрыть брешь между фронтами силами Юго-Западного фронта. Спустя пять дней Каменев приказал послать на помощь Тухачевскому 1-ю Конную и 12-ю армии, но Егоров и Сталин отказались сделать это, сославшись на румынскую угрозу. Кроме того, войска Юго-Западного фронта крепко увязли в битве за Львов, который стойко обороняли части польской армии. 16 августа поляки контратаковали Тухачевского с незащищенного левого фланга, полностью разгромив его войска и отбросив их в Восточную Белоруссию.
Было бы неправильно сваливать всю вину за поражение в польской компании на Сталина. Главным виновником все таки был политический авантюризм Ленин, который слишком поспешил создавать правительство «красной» Польши во главе с Дзержинским. Тухачевский все равно не смог бы взять Варшаву, а если это «чудо» и произошло бы, растянутые и беззащитные коммуникации его фронта все равно не давали ни малейшего шанса на победу.
Сталин же оказался единственным реалистом. Кроме Варшавы и Львова, войска Юго-Западного фронта должны были обеспечивать безопасность границы с Румынией и блокировать Врангеля, а сил для выполнения всех этих задач было явно недостаточно. За свою принципиальность Сталину пришлось пострадать. Он не только не попал под дождь орденов Красного знамени, обрушившийся на Красную армию после отсупления из Польши, но и вовсе был отстранен от военных дел. 1 сентября 1920 года Иосиф Сталин был снят с постов комиссара и члена РВС Юго-Западного фронта, но своего отношения к войне с Польшей не изменил.
Будущий маршал Егоров также, отстраненный от операции по разгрому Врангеля (для этого Ставка образовала Южный фронт, командовать которым был назначен Фрунзе) по-прежнему крепко стоял на своем. В 1929 он опубликовал книгу «Львов—Варшава 1920 год. Взаимодействие фронтов.», в которой подробно разобрал все ошибки Тухачевского и Каменева в советско-польской войне, наглядно доказав, что при таком руководстве выиграть ее было невозможно.