Проживших меньше четверти века. Я – отголосок прошлой грусти
И звон грядущей скорой тоски.
Нет, жизнь – это не убийство,
Она – распускающиеся цветы. Любовь на черно-белой фотографии -
Отголосок памяти, ностальгия души.
Мы родились в темноте,
Чтобы умирая зажигать фонари. Когда языки огня целуются -
Он становятся ярче вдвойне.
Наверное, это ужасно больно,
Умирать одному в слепоте. Ты не видишь настроений на улице,
Будто бежишь от народа.
А он хочет новых реформ,
Народу нужна свобода! В этой гонке шум пары ног,
Бегущий от тысячи башмаков, -
Капля в море из слез,
Уставших рыдать «бурлаков».
Привет, я просто голос с листа,
Не имеющий за собой человека,
Я – мысли миллионов людей,
Проживших меньше четверти века.
Я – отголосок прошлой грусти
И звон грядущей скорой тоски.
Нет, жизнь – это не убийство,
Она – распускающиеся цветы.
Любовь на черно-белой фотографии -
Отголосок памяти, ностальгия души.
Мы родились в темноте,
Чтобы умирая зажигать фонари.
Когда языки огня целуются -
Он становятся ярче вдвойне.
Наверное, это ужасно больно,
Умирать одному в слепоте.
Ты не видишь настроений на улице,
Будто бежишь от народа.
А он хочет новых реформ,
Народу нужна свобода!
В этой гонке шум пары ног,
Бегущий от тысячи башмаков, -
Капля в море из слез,
Уставших рыдать «бурлаков».
