Приятный сентябрьский денёк. Стою на остановке, жду свой автобус. Как всегда, ожидание становится невыносимым: моего транспорта всё нет и нет. Присаживаюсь на скамейку,стараясь не запачкать и не помять свой светлый плащик. От скуки начинаю разглядывать окружающих.
Вот девушка уткнулась в смартфон. Никого не замечает.
Молодой человек, похоже, тоже отстранился от мира: слушает музыку через наушники гаджета, покачивая в такт музыке головой.
Две женщины оживлённо щебечут, не выпуская из рук нагруженные овощами сумки.
Мамочка с ребёнком. Мальчик вертится, громко спрашивает что-то у неё. От матери только и слышно: «Отстань, не крутись, не ори, стой на месте!»
К моему облегчению, они быстро уехали.
Пожилые женщины, перебивая друг друга, обсуждают цены на продукты. Напоминает щебет птичьей стаи...
А вот нарисовались три девицы. Во ртах — жвачка, в ушах- наушники. С громким смехом заходят в троллейбус. Следом за ними отправились старушки.
...Моего автобуса всё нет. Остановка не пустеет. Калейдоскоп из лиц, какофония звуков... Опять появились бабули: рядом дешёвый овощной рынок. Обратила внимание на одну старушку в стоптанных башмаках. Она держит в левой руке, на весу, пакетик с вяленой рыбой, опираясь правой рукой на палку. Сумка с помидорами — возле ног. То и дело бабулечка раскрывает пакетик, проверяя содержимое. Мелькает мысль: «Хоть бы не в мой транспорт». Отхожу в другой конец остановки. Как раз подкатил мой автобус. Быстренько запрыгиваю в его нутро.
Присаживаюсь у окошка, поправив плащ. Рядом со мной кто-то присаживается. Та самая старушка! «Как назло! Теперь рыбой пропахну», -чуть ли не вслух получилось. Но в общественном транспорте не зашикуешь.
Бабуля устраивается на краю сиденья, поставив сумку на пол. Пакет с вяленой рыбкой повесила на палку, отодвинув её чуть в сторону. Вжимаюсь в окошко. Опять пронеслась мысль: «Хоть бы не на моей остановке».
...Рассматриваю внимательнее свою попутчицу. Одежда старенькая, но чистая. Сама она такая аккуратненькая, на голове — нарядный, в мелкий цветочек, платок. Руки — натруженные, с набухшими венами — цепко держат пакет с вяленой рыбой. Иногда бабулечка приоткрывает его, и лицо её озаряется улыбкой.
И тут мне стало стыдно... Стыдно за свои крамольные мысли. Нашлась тут фря! Лещик - чуть больше моей ладони; старушка старалась не задеть кого-нибудь. А открывала пакет затем, чтобы убедиться - не испортилась ли рыба в такой духоте. Улыбалась — радовалась тому, что деликатес приобрела. Видимо, пожилая женщина откладывала деньги со своей пенсии на покупку леща.
Я, занятая своими мыслями, не заметила, что старушка пробирается к выходу, деликатно прося посторониться, чтобы «...не задела бы кого».
Вот ведь как бывает: подумала нехорошо о человеке — и самой плохо стало.
Кстати, рыбьего запаха не ощущалось. Благоухала дамочка, облитая дешёвым парфюмом, и добавил мужик аромату от «вчерашнего кефира».
А старушка шла, улыбаясь, бережно держа на весу пакетик с рыбкой.