Впервые мать собрала вокруг меня всю свою родню на мое десятилетие. Уже тогда мои дядьки и тетки сказали мне:
- Ох, и не свезет же твоему мужику, Евгеша!
И начали учить меня, куда правильнее всего вставить свое мнение, чтобы сделать окружающим приятно. И стали учить маму, как бы ей получше меня воспитать, чтобы выбить заковыристый папин характер.
А главной целью сего сюра называлась она - моя будущая счастливая семейная жизнь. Эх, не видать мне ее было бы с папенькиным характером и привычкой на все иметь свое мнение. А потому мне надо было стать послушной и порядочной.
Мне пророчили мужа, который будет бить по столу и кричать "жена! жрать!", приходить домой смертельно уставший, но с одинокой копейкой в кармане.
А я его встречу при параде да посажу за стол, положу котлеток свеженажаренных. Он обхватит своей мозолистой рукой меня за гладкую ляжку, а я забьюсь в экстазе и восхищусь им до изнеможения.
Мама при этом сидела и заглядывала в рот своему благоверному, ради которого бросила моего отца. Этот пахарь сидел за накрытым столом и ел котлеты, размазывая по щетине жир.
Я представила себя на месте родной матушки и впервые матом послала своих любимых родственников - не зря я имела такой авторитет у дворовых ребятишек.
Родственники обиделись, отчим поперхнулся, а маменька схватилась за голову. "Что же это делается!". А это случилось рождение в нашей семье крепкого женского плеча, которому никакой мужик не страшен.
Этим же плечом я через пять лет выгоняла из дома запившего отчима, а мать плакала в углу. Тогда у меня еще и голос командный прорезался. И матери пришлось брать себя в руки.
Она все причитала, что тяжко жить без мужика. Заступиться некому, воды принести некому... И шла на колонку за водой. А я крыла нашим отборным русским соседа, который включал по ночам блатняк на весь поселок, и еще у него переняла несколько неплохих словек. Мне это знание в жизни пригодилось больше, чем все матушкины поучения о том, "как же правильно надо жить".
И все таки родственники оказались не правы - моим мужчинам везло, ой, как везло! Особенно счастливы они были в тот момент, когда я от них уходила и забирала с собой детей. Все - на этом их счастье заканчивалось, потому что я со всеми делила нажитое и требовала алименты. Детей-то я не в одиночку делала.
Мои тетки пили сердечные таблетки пачками, когда матушка жаловалась им на свою непутевую дочь, которая опять развелась. Зато она грела свою попу в пледе из шерсти мериноса, постеленном на кожаном кресле. А на двухэтажный дом, в котором она изъявила желание жить вместе со мной и детьми, заработала я - непутевая дочь.
И ни один мужиг передо мной больше одного раза кулаком по столу не ударил. А потому что я сама могу да так, что стекла зазвенят. Мне не надо, чтобы мной помыкал какой-то муж, только потому что мы женаты. И я не побегу мыть посуду и жарить котлеты, потому что он устал на работе.
Если я могу и работать и тарелку за собой сполоснуть, и детей поднять, то нафига мне нужен этот кусок мяса, за которым надо подтирать? Извините, но слюнявчики я надеваю только на своих несовершеннолетних детей.
Так что, маменька и тетки поводов мной гордиться до сих пор не имеют. Зато научились при мне рты не раскрывать, чтобы не получить от меня хороших словесных звездюлей.
Лайк и подписка не сделают вас самодостаточными, но покажут ваше со мной согласие. А несогласных жду в комментах - поговорим
