Один весьма именитый режиссёр с детства лелеял мысль снять фильм по мотивам любимой сказки. Упорным трудом заняв почётное место в мировом киносообществе, он заслужил право эту мечту осуществить. И явил публике махину, лишь в общих чертах связанную с простым, но столь дорогим его сердцу произведением, наполнив множеством глубинных смыслов и домыслов, связующих её с другими, более зрелыми творениями кумира. До недавних пор, прочитав подобное описание, я разве что Питера Джексона мог припомнить. Теперь вариантов как минимум два: Лука Гуаданьино реализовал, наконец, свой давний (права куплены ещё в 2006-м) проект и с молчаливого согласия Дарио Ардженто превратил его мистический ужастик... во что? Триллер-мюзикл, историческая драма, философская притча - что угодно, только не “низший” жанр, подразумевающий удар по чувствам, эмоциям, но никак не по разуму, судорожно пытающемуся угнаться за галопирующими идеями создателей.
При этом в раздувшемся почти до размеров джексоновских картин хронометраже присутствуют и пугающие сцены, по силе воздействия значительно превосходящие оригинал. Но их числа явно недостаточно для любителей обычных “страшилок”, а многих ценителей высокого искусства так убедительно показанные увечья и истязания с обилием физиологических жидкостей (подчеркну, не только крови) запросто отпугнут. Хотя интересующимся темой холокоста, внезапно выходящей если не на центральный план, то вплотную к нему, привычны, наверное, и не такие зверства. Да и большинство увлекающихся женским доминированием, уверен, со всеми вытекающими последствиями игр в куклы знакомы непонаслышке. Просто благодаря мастерству танцовщицы Елены Фокиной и специалистов по спецэффектам здешним Госпожам (по тексту - Матерям, но в отсутствие детей это неважно) удалось зайти на несколько оттенков красного дальше. Отмечу ещё, что Гуаданьино свою позицию в вопросах слабости полов до конца не раскрывает: вроде как почти избавил список действующих лиц от мужских имён (два детектива размером в несколько секунд, а престарелого психиатра, как уже давно выяснилось, сыграла та же Тильда Суинтон, что и возглавляющую преподавательский состав мадам Бланк, и обезображенную тушу в подземелье), и деяниям ведьм озвучил веские оправдания, но иных источников зла в кадре не появится.
А ещё маэстро с верным соратником-оператором Сэйомбху Мукдипромом намеренно приглушил визуальный ряд, резко контрастируя с вырви-глаз техниколором Ардженто - для Берлина образца 1977-го тусклая палитра и бетонные стены школы подходят не меньше, чем постоянно звучащие на заднем плане новости и разговоры о разгуле террористов RAF, да и кровь на сером фоне фонтанирует заметнее. С музыкой та же беда: вместо назойливого, но запоминающегося кавера на “Баю-баюшки-баю” от группы Goblins - едва заметные инструментальные подвывания Тома Йорка. Первый танец и вовсе происходит без аккомпанемента - завораживающий, пусть и недолгий процесс. Вообще, для меня по недостатку личного опыта именно этот компонент фильма показался наиболее впечатляющим, даром что его профессионалы обличают за вторичность и сумбурность. И финал с вполне годным сюжетным твистом и массой прочих откровений вполовину так не зацепил, как страдания Ольги в зеркальной комнате. Дакота Джонсон не зря два года посвятила тренировкам - у неё есть все шансы, что хулители, наконец-то, забудут её образ в “Оттенках”, соблазнившись одним из представленных здесь трёх. А вот поклонникам Хлои Грейс Морец беспокоиться не о чем - её роль потянет разве что на камео. Как и у Джессики Харпер - ещё одному мало различимому мостику к оригиналу на радость тем несчастным, что придут на просмотр в надежде поностальгировать над едва знакомой современному зрителю классикой.