Вначале – вполне научная абстракция. Возьмём две независимые системы с разной энтропией и свяжем их, объединим. Энтропия общей системы будет равна сумме энтропий её частей. Усреднится как бы. Чтобы затем уравновеситься. То есть состояние общей системы будет определяться стремлением к достижению состояния с высокой энтропией (условно беспорядком).
И в физике (где родилось определение энтропии, не имеющее пока чёткой единственной формы) и в социуме любое состояние характеризуется наличием-движением информации (энергии). Она в сумме не меняется, но переходит из активности в пассивность.
(Мы огрубляем в какой-то степени реальность, но такой подход в науке естественен).
Теперь конкретизируем абстракцию. Первая система – «коллектив» авторов. Вторая система – сообщество читателей. В условиях «естественных», то есть свободного бытия (=рыночных, коммерческих, на которые ориентируется издатель), общее состояние объединенных систем будет стремиться к достижению высокой энтропии, то есть к предельному равновесию (=одинаковости там и тут).
В итоге автора станет невозможно отличить от читателя ни по каким критериям (грамотность, художественный вкус, талант, образованность и т.д.).
Энтропия не имеет обратного хода, стрела времени необратима. То есть положение в системе автор-читатель само собой не изменится, такое маловероятно. Чтобы снизить энтропию (то есть поднять уровень порядка-интеллекта) требуется ввести в действие внешний фактор, третью силу.
Где и кто она, эта третья, облагораживающая процесс создания и потребления литературы, сила? Без неё застынем в бессознательной неподвижности…