Девочки собирались на новогоднюю вечеринку. Им было по семнадцать лет, они были студентки, жили в общежитии и страстно мечтали о счастье. Рыжая мечтала о московской прописке и собственном жилье, голубоглазая крепкая блондинка хотела красный диплом и работу в посольстве, кареглазая, кудрявая щекастая хохотушка тайно мечтала встретить принца на белом коне. Все они готовились стать нужными родине и были образцовыми комсомолками. Работа кипела. Повсюду валялись тени, французская тушь, украшенная золотыми розами, кружевные лифчики. Все это добро было куплено в счет обедов и ужинов, выстрадано в огромных очередях в магазинах Ядран, Польская мода и Лейпциг. Скоро загремит музыка и веселое студенчество встретит новый год. Не беда, что столы небогат- жареная картошка, колбаса и мамины консервы. Для девочек еда совершенно неважна- будешь много есть- не влезешь в джинсы. Это был самый страшный кошмар- не влезть в драгоценные джинсы, купленные на последние мамины деньги и стипендию. Джинсы - пропуск в другой, дивный мир, на более высокую ступень общественной признания. У соседа по общежитию, Коли Белянского, были отличные оценки в зачетке, хорошие баллы по физподготовке, белые зубы, голубые ясные глаза и пшеничные усы, но один огромный минус перечеркивал все -у Коли не было джинсов и прописки. По этой причине, встретить Новый, 1980-й год с соседками у Коли не было шансов. К одиннадцати часам крошки были готовы - с ног до головы в джинсе, юные мордашки в боевой раскраске, сапоги на шпильке. Коля не удержался и постучал: «Девочки, вы все равно уезжаете, можно я посмотрю у вас телевизор? - Не вопрос, Колян, только вымой посуду- засмеялась блондиночка. Дверь в комнату резко распахнулась. На пороге стоял молодой человек в югославской дубленке и ондатровой шапке. Готовы к труду и обороне, крошки? - выкрикнул он с порога. - Живей, живей, а то и доехать-то не успеем, вас уже ждут, столик в Руси заказали! С новым годом, пока Коля! - шатеночка с жалостью посмотрела на приунывшего соседа. Не скучай, затвор не сотри! - хохотнул ондатровая шапка. Компания устремилась вниз по лестнице, Коля остался один. Ему очень нравилась кудрявая хохотушка, но она была красотка и даже ребята со старших курсов во всю конкурировали за ее внимание. Коля принес свою кастрюльку оливье и котлеты и уже приготовился открыть шампанское, как в дверь снова постучали. В комнату ввалился самый популярный пижон на курсе - Володя Гавриш, у которого было все- деньги, папина Волга цвета «белая ночь» и однокомнатная квартира в Чертаново, которую ему отдала бабушка. Володя был хорошо навеселе, в руках держал большой пакет из Березки, доверху набитый деликатесами. – Где моя? - еле ворочая языком спросил Володя. Коля знал кого имел в виду нежданный гость. Гавриш давно и безуспешно ухлестывал за блондиночкой, но та совсем им не интересовалась. «Уехала с ондатрой,- ответил Коля, меланхолично жуя котлету. -Карьеру делает, значит- мрачно констатировал гость. Ну ладно, дождусь- прибью. Нежданный гость прямо в дубленке и грязных сапогах завалился на узкую девичью кроватку, аккуратно застеленную розовым кружевным покрывалом. Жди, - отреагировал Коля. Телевизор закричал гимном и люди в телевизоре пустились в пляс, Коля открыл шампанское повернулся к Володе и протянул налитый фужер. Володя уже спал с открытым ртом. -Здравствуй олимпийский год! - поздравил себя Коля. Выпил шампанское, закусил котлетой и стал смотреть телевизор. Внизу гремела дискотека, по коридору шлялись пьяненькие парочки, под окном кто-то дрался. Коля выключил телевизор, вымыл фужеры и ушел к себе. Не успел он почистить зубы и расстелить кровать как в углу за шкафом что-то хлопнуло и зашуршало. Комната наполнилась едким дымом. Не успел Коля даже удивиться как дым исчез и в комнате приятно запахло чем-то импортным, вроде бы французскими духами. Густой мужской баритон произнес: «Привет, племянничек!» Коля обернулся и увидел высокого элегантного мужчину лет пятидесяти в хорошо сшитом синем костюме, белоснежной рубашке и идеально повязанном галстуке. Из деканата, с проверкой- молнией промелькнула мысль. У Коли была только мама в Твери и таких родственников в принципе быть не могло. Он собрал все свои разбегающиеся мысли и громко, как учили, поприветствовал гостя- «Здравия желаю». Дядя в галстуке довольно ухмыльнулся и сказал: «Давно я тебя не видел, вырос то как. Совсем большой стал. Забыл меня совсем. Я твой фей- крестный, Сигизмунд Арнольдович.» Коля сделал вид, что узнал человека: «Вы давно из Твери? Как мама?» Мужчина опять ухмыльнулся: «Мама-то? Мама хорошо. А ты чего-один- то? Где твоя, щекастенькая? А знаю, пригласили их, не нравится им там. Давай-ка собирайся. Выручай, а то мало ли что». «Где они? - выдохнул Коля. «Я подскажу, ты собирайся». Коля вынул из чемодана новый джинсовый костюм, свежую рубашку, метнулся к девчонкам. На полу валялась Вовкина шикарная дубленка, красивые банки с деликатесами раскатились по всей комнате, ключи от машины свешивались с уголка подушки. Через несколько минут жигуленок мчался сквозь ледяную московскую ночь. Фей храпел на заднем сиденье, а Коля даже не удивлялся своему водительскому мастерству. Он отчего-то знал куда ехать. Не доезжая проселочной дороге на въезд в Никольское, в свете автомобильных фар, он заметил три неказистые фигурки, уныло бредущие по обочине. Остановись! -приказал Сигизмунд – наши дуры идут»
Через полчаса подъехали к общаге. Коля припарковал авто и открыл дверь. Разомлевшие сонные девочки вывалились из машины. Они представляли жалкое зрелище. У рыжей, французские сапоги превратились в опорки без каблуков, блондинка потеряла песцовую шапку, а у кудрявой на дубленке полностью отсутствовал рукав. – Коля, ты настоящий принц на белом коне! Как ты нас нашел? - тихо спросила шатенка. Коля не ответил. Он снова заглянул в машину. А где Сигизмунд? -удивился принц. Коль, ты чего? - удивилась рыжая. Тут. кроме нас, сроду никого не было.