Всю свою жизнь нам приходится от чего-то защищаться. Некоторые животные мимикрируют, меняют окраску, чтобы избежать опасности. Человек оказывается в подобном состоянии ежечасно.
Помните, как мы играли в прятки и боялись, что нас обнаружат раньше времени? Приходилось мгновенно реагировать: “Я в домике”. Фраза и сопутствующий ей жест выходили просто, на каком-то бессознательном уровне. Мы выросли, но желание спрятаться в домике неискоренимо.
Мало ли кому с чем не повезло. Может быть, с родителями: бросили, спились, уничтожают физически и морально. Приходится плакать в подушку, чтобы никто не услышал и не досталось ещё больше. Каждый упрёк и каждое оскорбление записываются на диктофон памяти и возвращаются во взрослой жизни внутренним голосом, оглушающим жертву рёвом нелюбви к себе.
Могло не повезти с одноклассниками. Группа всё-таки не группа без лидера и козла отпущения. Изгой слишком выделяется: думает иначе, носит другую одежду, ведет себя необычно. Иногда, если ты яркий, этого достаточно, чтобы к тебе приклеили соответствующий ярлык.
Или вроде бы все хорошо, но однажды ты встречаешь человека, в которого влюбляешься, едва различая смутный образ в обманчивой дымке. Через какое-то время ты попадаешь в созависимые отношения, и “прекрасный” муж отслеживает твое местопребывания и оставляет синяки на коже.
Однажды я участвовала в одном тренинге. Нам предложили следующее задание: один человек садится в центр круга и закрывает глаза, принимая позу эмбриона; остальные участники должны указывать на него пальцем и издавать нечленораздельные звуки. Это жутко; я ощутила, как будто оказалась в абсолютном одиночестве, точно отверженная и нет ни одного человека на моей стороне. Хотелось сжаться ещё сильнее: поза эмбриона и стала тогда тем самым “домиком” из детства.
Почти каждый из нас хотя бы раз в жизни оказывался на месте притесняемого. Почти каждый из нас хотя бы раз в жизни уговаривал себя не сдаваться. Некоторые же не смогли выдержать этого мощного давления и сломались. Страшно, что никто от этого не застрахован, что в любой момент может сломаться кто-то ещё, что чья-то защитная крепость, которую приходилось строить годы, рухнет без возможности восстановления.