Когда мы рождаемся, то неизбежно попадаем в систему. Ты так радуешься звонкому голосу и пытаешься поймать любопытным слухом все его полутона, тоны, обертоны. Но нет, угрожающий палец недоволен твоей музыкой, а сухие губы продолжают обнимать слово “нельзя”. Неприятное оно какое-то, склизкое, как этм буквы, по случайности сошедшиеся вместе. Скоро ты начинаешь понимать, что означает этот сгусток звуков: нельзя кричать, плакать, громко разговаривать, класть локти на стол... Каждый день на тебя обрушивается новый шквал навязываемых правил, и ты честно пытаешься (иногда тщетно) удержать их в памяти. Когда сидишь за столом, надо в правую руку взять нож, а в левую - вилку, не забыть положить салфетку на колени и молчать, потому что можно подавиться. Если кто-нибудь пустит в ход приторную ласку по отношению к тебе (“ути-пути, какой прелестный ребёнок!”), надо улыбнуться и сделать вид, что тебе это нравится. А когда захочется рыдать из-за проглоченных обид, жди ночи: тогда можно спрятать лицо в подушку и накрыться одеялом с головой. Система постоянно подавляет эмоции, потому что ей нужно твое подчинение. Потому что ей нужно, чтобы ты стал куском пластилина, из которого удобно лепить.
Школа - та же система. Здесь нужно учиться целых 45 минут сидеть на одном месте и изображать внимательное выражение лица. Стоит только замечтаться, как тут же получишь замечание в дневник или двойку, потому что прослушал и не ответил на вопрос учителя. Система занимается твоим оцениванием, чтобы разбить группу на “сильных” и “слабых”. Система сама порождает конфликты, и социум начинает жить по дарвиновскому закону естественного отбора. И если тебе плевать на математику, тебя, скорее всего, назовут отстающим. А впереди - экзамены, названия которых для большего устрашения зашифровали аббревиатурой. На самом деле ты с лёгкостью провалишь ОГЭ и ЕГЭ, если у тебя большой кругозор и хорошие знания по тому или иному предмету. Тесты - это лотерея, и единственный способ к ним подготовиться - натаскивание, иногда совершенно бездумное. В общем-то, ЕГЭ изначально и было придумано в США для проверки знаний у детей с отклонениями.
Но хуже всего - школьная форма. Система неплохо постаралась, чтобы стереть индивидуальность и превратить всех в серую клетчатую массу. Одежда - это тоже способ самовыражения, и у каждого человека уже в подростковом возрасте формируется свой стиль. Но как ему, простите, сформироваться, если большую часть времени человек проводит в школе, а там не приходится выбирать, что надеть? Синие волосы, чёрные ногти, накрашенные ресницы, пирсинг тоже почему-то вредят учебному процессу; за пресловутым “нельзя” скрывается “не выделяйся”. Так и получается, что нас с детства приучают не высовываться, потому что ты “ещё маленький”, “неопытный” и вообще “подрастёшь - можешь делать, что хочешь”. Но когда вырастаешь, желания исчезают, потому что их так упорно задавливала система. Ты плывёшь по течению, делаешь всё, чтобы выжить, но не живёшь, ведь твой стержень уже сломан. Так долго было нельзя, что, когда стало можно, уже не надо.