Радиостанция "Восток России" 103.7 FM , 765 AM
Здравствуйте, у микрофона адвокат Константин Бубон.
Я хотел бы продолжить разговор о фундаментальных идеях, которые лежат в основе конституционного строя нашей страны.
Например, статья тринадцатая Конституции запрещает установление в стране государственной или обязательной идеологии и признаёт идеологическое многообразие.
Для правильного понимания этой правовой нормы следует вспомнить об истории принятия нашего Основного закона. Российская Конституция была принята двенадцатого декабря тысяча девятьсот девяноста третьего года всенародным голосованием. Иными словами источником юридической силы этого документа является непосредственно народ Российской Федерации.
Как мы видим, российская нация, когда она голосовала за текст Конституции, запретила власти вмешиваться в её духовную, интеллектуальную, идеологическую жизнь. И это было сделано не случайно. Идеология, по определению, предполагает добровольное присоединение к ней каждого человека на основании его собственных интересов и воззрений. Она ведь не обязательно основана на объективном знании, и этим она отличается, например, от науки. Более того, в неё, в идеологию, обязательно включён набор доктрин, идеалов, символов, которые различаются у разных людей.
Даже само выражение «государственная идеология» – это, в общем-то, оксюморон, нелепость. Носителями идеологий могут быть партии, общественные движения или какие-то большие группы людей. Государственный чиновничий аппарат, конечно же, не способен охватить собой всё это многообразие.
Время от времени приходится слышать, как тот или иной политик призывает всех к поискам какой-то всеобщей, универсальной доктрины. Мне кажется, что люди, которые исповедуют подобные взгляды, сознательно или нет, совершают подмену.
России действительно не хватает гражданского мира и чувства общественной солидарности. В конце концов, одним из главных признаков нации является способность её членов свободно взаимодействовать друг с другом, создавать объединения, союзы и ассоциации. Раздробленность и отсутствие сплочённости – плохой признак.
Однако в этой ситуации глупо предполагать, что какая-то насаждаемая сверху доктрина будет способствовать общественному единению. Скорее, наоборот, было бы хорошо, если бы любой человек, вне зависимости от его идеологических предпочтений, мог бы чувствовать себя настоящим гражданином своей страны.
Прошлое учит нас, что общественный раскол можно эффективно преодолеть в том случае, если будут признаны легальными множество точек зрения, а не одна. Например, самым острым идеологическим противостоянием в истории Великобритании была вражда между официальной англиканской церковью и протестантской оппозицией, диссентерами. Начало разрешению этого конфликта положило издание Акта о веротерпимости. Со временем идеи, положенные в его основу, позволили всем религиозным группам участвовать в общественной жизни страны.
На этом примере я хочу показать, что главным проявлением политической лояльности является, собственно, участие гражданина в политике. До тех пор, пока граждане голосуют на выборах, пока они связывают свои надежды с действующими политическими партиями, никакого серьёзного конфликта в стране не будет. Циничные политологи говорят, что парламентский процесс – это вообще превосходная замена гражданской войне. Однако, для того, чтобы этот механизм работал, требуется, чтобы избранные депутаты представляли все точки зрения, а не какую-то одну.
Я, со своей стороны, предлагаю всего лишь оценить мудрость нашей Конституции, которая, я повторю, признаёт идеологическое многообразие. Статья тринадцатая нашего Основного закона – это хорошее наследие исторического опыта не только нашей страны, но и многих других стран мира.
У микрофона был адвокат Константин Бубон. Всего вам доброго.
