Сами понимаете.
Берлин. Наши дни. Привели в гости творчески яркого, почти богемного москвича.
- Изволите рислингу? - спросили мы, рассмотрев его молодое, но сосредоточенное лицо.
- Да мне бы чо серьезнее, - тревожно оглянулся новый гость, - Сами понимаете.
Пришлось достать "Джек Дэниелс".
- А вот это дело, - оживился богемный гость, и залпом выпил две рюмки.
- Вы уже слышали? - быстро спросил гость, - Стало нельзя называть ребенка Владимироми Владимировичем.
И взмахнув творческой шевелюрой, твердо посмотрел на бутылку виски.
- Это почему? - испугались мы, и быстро подлили.
- А вы сами не понимаете? - элитный гость залпом опрокинул еще две рюмки, - Попробуй назови теперь так ребенка. Быстро найдут. Вон художник один...из окна в Берлине вышел.
- Это как? - задрожали мы.
Гость пальцем отодвинул занавеску, оглядел помойку за окном, и зачем-то выключил верхний свет.
- А вот так, - прошептал гость, с надеждой глядя на бутылку, - В ютюбе выставил кое-что, и готово. Сами понимаете.
Уже не ожидая приказа, я быстро наполнил гостю стакан.
- А при чем тут Владимир Владимирович? - шепотом переспросил кто-то, - Художник так назвал ребенка...и выставил в ютюбе?
- Зря смеетесь, - мрачно процедил гость, - Он нарисовал кровавого кое-кого. Сами понимаете.
- А зачем так странно называть ребенка? - уточнил кто-то, - Разве есть такие?
- Уже нет, их всех находят и заставляют переименовать, - гость без спроса выпил стакан, - Ну сами понимаете.
Вдруг стало ясно, что гость просто так не уйдет.
- А хотите...хотите мы вам с собой виски отдадим? - зачем-то предложили мы.
- Ну а почему бы и нет? Такое время. сами понимаете, - и гость ушел в ночь, размахивая недешевым "Дэниэлсом".
А мы поглядели друг на друга, и плотнее прикрыли занавески. Почему?
А сами не понимаете?