Небольшие различия в начальных условиях рождают огромные различия в конечном явлении…
Эффект бабочки — эффект, заключающийся в весьма чувствительной зависимости системы от начальных условий (в теории хаоса). Малые изменения в начальных условиях (входных параметрах) нелинейной динамической системы могут повлечь огромные изменения в долгосрочном поведении системы.
Порфирий приходил домой со службы рано утром.
Коммуналка жила жизнью разрастающегося ввысь и вширь термитника. Едва открыв входную дверь Порфирий еле успевал увернутся от мчащегося к нему с приветственным лаем соседского сенбернара Гошу. Гоша радостно махал брылями и его слюни ложились нескончаемыми потоками на стены, пол и даже на потолок. Потом, свисая с потолка медленно растягивающимися каплями, они накрывали зазевавшихся в прихожей школьников ковровой бомбардировкой. Те громко и радостно крича мчались к матерям жаловаться на испачканную форму, в надежде закосить опостылевшую за год школу, матери ничтоже сумняшеся смахивали кухонными полотенцами липкую слизь с пиджаков и ушей своих чад, громко крича на непосед выпроваживали их шлепками на занятия, а сами возвращались на кухню, где всё шкворчало, шипело, булькало и пыталось вывернуться из цепких рук доморощенных поварих и убежать обратно в уютный холодильник.
Тараканьи часовые наблюдали за всей этой безумной суетой из самых ближних дальних углов в надежде, вовремя увидев упавший кусок чего нибудь эдакого, деликатесного, громко крикнуть своим ушкуйникам: "сарынь на кичку!". Тут же галопом из темных закоулков выскакивала толпа поголовно рыжих, усатых разбойников и мчалась к вожделенному лакомству, ловко лавируя между ног женщин, пытающихся уменьшить численность шестиногих скакунов отбивая чечетку. Иногда, когда куш был слишком заманчив, за ним устремлялось и стая серых мышей. Как правило мыши всегда выигрывали гонку, потому что даже бесстрашная Зина пасовала перед злобным взглядом мышиных глаз-бусинок. С появлением мышей все поварихи запрыгивали на табуретки и столы, не хватившим места в партере умудрялись повиснуть на галерке-карнизе. Этот карниз, кстати сказать - падавший неоднократно, сейчас был намертво присобачен сквозь пробитую насквозь отбойным молотком стену и загнутой со стороны улицы двухметровой длины арматурой Сократом, жековским сантехником, после неудачного падения, спасавшейся от мышей Полины - женщины не худенькой и одинокой, а так как вымещать своё негодование по причине одиночества ей было не на ком, она пошла в ЖЭК и устроила там местечковый апокалипсис, с угрозами написать "куда следует" по поводу отсутствия уважения к жителям квартиры со стороны администрации хозяйствующего субъекта. После "разноса" виновного нашли быстро, им оказался вовремя подвернувшийся полутрезвый Сократ, который и придумал надежный способ крепления конструкции.
Порфирий никогда не заходил в кухонный вертеп по утрам. Его там смущало всё, от доброжелательного взгляда Полины, до громко и бесстыже пахнущего на всю квартиру аппетитного борща Натальи Александровны. Смущала сама Наталья, которая в отсутствие дома мужа Анзора, строителя-шабашника и по совместительству - горячего армянского парня, вечно пыталась завлечь любого более-менее мужика в постель, а уж его, Порфирия, в первую очередь, за обидное игнорирование её женских достоинств. Смущали укоризненные, но и сочувствующие взгляды женщин-соседок, намекающие ему о его, якобы, неблагополучной холостяцкой жизни.
Проходя мимо кухни Порфирий инстинктивно ускорил шаг и налетел на открывающуюся дверь ванной комнаты. Порфирий качнулся, взмахнул руками, пытаясь сохранить равновесие и не упасть на бежавшего куда-то по своим делам Гошу, со всего размаху Порфирий заехал по руке Полине, которая выходила из кухни с дымящейся ароматами кастрюлькой. Кастрюля выскочила из рук Полины, и упала на спину Гоши. Гоша от такой наглости громко рявкнул и спасаясь прыгнул в сторону хозяйки кастрюли, толкая её, как шар кеглю, всей своей стокилограммовой массой. Полина ахнула и вцепившись в падающего Порфирия мертвой хваткой, как утопающий за соломинку рухнула вместе с ним на пол. Из всех дверей на непривычный шум и грохот выскочили жильцы, мгновенно оценили ситуацию и приглушая рвущийся смех, стали предлагать свою помощь. Порфирий отмахнулся, помог подняться еле сдерживающей слезы Полине и поддерживая её за талию помог ей дойти до её комнаты, потом вернулся в коридор, оценил чистоту пола, уже вылизанного смирившимся с обстоятельствами Гошей, поднял кастрюльку и отнес её на кухню. На кухне он достал из своего холодильника яйца и колбасу, пожарил яичницу и разложив по тарелкам унес в комнату Полины. Женщины удивленно переглянулись и продолжили свои дела.
Вечером Порфирий демонстративно громко хлопая дверями и тапками переносил свои вещи в комнату Полины.
Кто выходил из ванной так и не выяснили, все отнекивались и не признавались.