Алиса Валиахметова
Михаил Нестеров прославился не только как автор нежных по колориту картин на религиозные сюжеты, но и как великолепный портретист, запечатлевший своих великих современников, своих друзей и родных.
Среди тех, кого он портретировал, Лев Николаевич Толстой, Сергей Николаевич Булгаков и Павел Александрович Флоренский (картина «Философы»), художник Виктор Михайлович Васнецов, хирург Сергей Сергеевич Юдин, академик Иван Петрович Павлов, художники братья Корины, скульптор Вера Игнатьевна Мухина и многие другие. В своих портретах Нестеров стремился показать не только внешнее сходство с моделью, но и ее внутренний мир, характер и даже обозначить род занятий: скульпторы Мухина и Иван Дмитриевич Шадр изображены в процессе работы над своими творениями, Толстой, Булгаков, Флоренский показаны погруженными в свои думы на фоне чудесных русских пейзажей. С художественной точки зрения, для Нестерова зачастую в портрете одинаковую по важности роль играют как лицо самой модели, так и ее окружение, будь то пейзаж или интерьер, обогащенный деталями, которые помогают нам составить наиболее полное впечатление о личности, изображенной художником. Благодаря этому Нестерову удается в своих работах не только показать сиюминутный момент из жизни портретируе-мого, а рассказать целую историю, биографию этого человека. Даже когда мы смотрим на портрет столь известной личности, как, к примеру, Лев Толстой, мы можем представить, что за человек изображен на полотне, какими качествами он обладал и кем он приходился самому Несте-рову. Особенно это важно, когда мы, зрители, обращаемся к портретам родственников и близких Михаилу Васильевичу людей – будь то его сестра, дочь или жена.
В семье Нестерова было много женщин, и их портретные образы художник создавал с особой любовью и нежностью. Есть несколько портретов его второй супруги, Екатерины Петровны, изображение первой жены, Марии Ивановны, жизнь которой рано оборвалась во время родов, а также множество портретов дочерей – Ольги и Натальи. Ольга Михайловна была старшим ребенком от первого брака художника. Существует два известных портрета Ольги Нестеровой. На одном она изображена удобно расположившейся в кресле в уютном интерьере, на фоне бюро, заставленного фотографиями в рамах, на которых, вероятно, мы могли бы видеть членов семьи. Ольга на портрете – красивая молодая женщина с тонкими чертами лица и изящными руками. Столь же прекрасной она показана на другом портрете, написанном в 1906 году и носящем название «Амазонка». Об этой картине, хранящейся ныне в Государственном Русском музее в Санкт-Петербурге, мы поговорим подробнее. На необычном по формату, очень вытянутом по вертикали полотне перед зрителем предстает высокая стройная женщина, облаченная в амазонку – специальный наряд для верховой езды, – с прутиком в руках, дополняющим ее образ. Ольга, которой в год написания картины было 20 лет, изображена на фоне спокойного и меланхоличного, как и всегда у Нестерова, пейзажа со словно светящейся гладью воды, лесом вдалеке и с окрашенным в нежнейшие пастельные тона небом. Все богатство оттенков этого красивого неба отражается на задумчивом и немного печальном лице дочери художника. Сложно поверить, но с ранних лет Ольга была очень болезненной, и к 20 годам она перенесла ряд серьезных операций. В 1905 году Ольге Михайловне в Германии делали трепанацию черепа – у нее возникли проблемы со слухом, связанные с предыдущей операцией. Операция прошла успешно и по возвращении в Россию Ольга, как писал Михаил Нестеров в своих воспоминаниях, «после двух операций, выглядела отлично, стала весела и бодра, остриглась». Зная эти факты, по-иному начинаешь воспринимать портрет Ольги. Минорное звучание, которым пронизана картина, – это все мысли и чувства Михаила Нестерова, переживавшего за свою дочь и очень любившего ее, это нелегкая, отягощенная болезнями и частыми операциями жизнь самой девушки, а также это воспоминания о ее трагически ушедшей из жизни матери, первой и горячо любимой жены художника.
«Амазонка» была начата Нестеровым в Уфе, но окончил художник портрет в Киеве, куда он приехал осенью. Основные пейзажные этюды для портрета дочери были выполнены в Башкирии, в окрестностях Уфы. Сергей Николаевич Дурылин, друг Нестерова и автор книги о нем, приводит в своем труде письмо самой Ольги Михайловны, поведавшей автору о работе отца над портретом. Вот что спустя годы вспоминала героиня этого живописного произведения: «Эскиза к нему отец не делал; заранее и отдельно написал этюд пейзажа. Писал он в Уфе на лужайке, в нашем старом саду. Сеансов было много, но сколько именно – не помню. Позировала я под вечер, при заходящем солнце. Иногда короткий сеанс бывал непосредственно после моей поездки верхом. Сама мысль о портрете в амазонке пришла ему, когда я как-то, сойдя с лошади, остановилась в этой позе. Он воскликнул: «Стой, не двигайся, вот так тебя и напишу». Отец был в хорошем, бодром настроении, работал с большим увлечением. В начале сеанса оживленно разговаривал, вспоминая интересные художественные или просто забавные случаи из нашего совместного перед тем путешествия за границу, в Париж, часто справляясь, не устала ли я, не хочу ли отдохнуть. Но постепенно разговор стихал, работа шла сосредоточенно, молча, об усталости натуры уже не справлялся. И только когда я начинала бледнеть от утомления и этим, очевидно, ему мешала, он спохватывался: «Ты почему такая бледная? Ну, ну, еще несколько минут, сейчас кончу». И снова все забывал в своем творческом порыве».
Так и работал Михаил Нестеров над портретом своей дочери – полный вдохновения и любви к своей Ольге. Пожалуй, все сошлось для того, чтобы произведение получилось великолепным и стало в одном ряду с лучшими и наиболее известными картинами Нестеро-ва, – хрупкое здоровье и недавние тяжелые операции девушки, отразившиеся на ее меланхоличном и задумчивом лице; беспокойство и заботы автора о своем ребенке, которые придали портрету большую долю нежности и любви; необычный и изящный костюм модели, подчеркивающий ее стан и фигуру; и, наконец, – уголок тихой, немного печальной, башкирской природы с опустившимися сумерками. В 1907 году Нестеров выставил «Амазонку» на передвижной выставке. Павел Михайлович Третьяков, главный покровитель и собиратель произведений русских художников второй половины XIX века, умер еще в 1898 году, и новая картина Нестерова была приобретена Музеем Александра III. Это первый в России государственный музей русского изобразительного искусства, идея создания которого принадлежала Александру III, а открыт он был уже при его преемнике, Николае II, в 1898 г. Сейчас он известен как Русский музей и, как уже было сказано ранее, «Амазонка», за которую художник получил 2000 рублей, до сих пор находится в его собрании. Портрет дочери стал первым полотном Нестерова, поступившим в коллекцию Русского музея.
Согласно воспоминаниям С.Н. Дурылина, «Амазонка» пользовалась большой популярностью у публики. Активно покупались открытки и фотографии с изображением Ольги Нестеровой в амазонке. По мнению Сергея Дурылина, подобный интерес к этой картине можно объяснить тем, что Михаил Васильевич Нестеров в портрете своей дочери показал портрет целого поколения девушек России начала ХХ века. Для зрителей это было не изображение конкретного человека, а собирательный образ современной молодой женщины – интеллигентной, вдумчивой, отчасти эмансипированной. Сравнивая с серией портретов девушек-воспитанниц Смольного института, созданных во второй половине XVIII века художником Дмитрием Григорьевичем Ле-вицким и также находящихся в Русском музее, Сергей Дурылин так описывает этот характерный образ, который представляется зрителям в облике Ольги Нестеро-вой: «Эта «девушка в амазонке» могла не быть дочерью Нестерова, но она любила его картины, она читала Блока, она слушала Скрябина, она смотрела Айседору Дун-кан, точно так же, как «Смолянки» Левицкого читали тайком Вольтера, слушали «Тайный брак» Чимарозы, играли на арфе и танцевали балетные пасторали».
Михаил Нестеров силой своего таланта и мастерства, а также глубиной мировоззрения смог создать нечто большее, чем портрет своей дочери. Его произведение было близко многим людям его времени, в нем они узнавали себя, своих возлюбленных, своих дочерей и подруг. В наши дни, даже если бы мы не знали, кто изображен на портрете, мы все равно восхищались бы этим произведением, любовались красотой девушки и пейзажем, сочувствовали ее устремленному, словно внутрь себя, в свои мысли и воспоминания, взгляду. Возможно, в этом и проявляется гений портретиста – в способности не только передать портретное сходство с моделью, но создать, помимо этого, образ, который будет дорог и понятен как современникам, так и будущим поколениям.
Приятно осознавать, что таким талантом обладал уфи-мец Михаил Васильевич Нестеров, не побоюсь этого слова, покоривший своим творчеством сердца людей по всей стране. В трех статьях – о «Пустыннике», «Видении отроку Варфоломею» и «Амазонке» – мне хотелось показать лишь малую часть всего наследия Несте-рова. На примере этих наиболее известных картин рассказать немного о том, какой он был личностью, как он вдохновенно работал над своими произведениями и какой интерес вызывали его творения, пусть даже не сразу понятые современниками. Михаил Нестеров много путешествовал, он активно работал в разных городах, в Москве и в Киеве, но символично, что самые любимые у народа и знаменитые по сей день полотна он создавал в своем родном городе – Уфе, в доме своей семьи, где и открыл в себе впервые любовь к искусству. #набережная #уфа #башкирия #живопись #искусство #нестеров #амазонка