Утром 7 декабря 1941 года японцы напали на Пёрл-Харбор… скажем два слова об этой драматической – и достаточно странной атаке…
…причём, начнём с предшествовавших обстоятельств. Начиная с 1940 года Штаты прекратят экспорт в Японию авиационного керосина – а потом и нефти. Вдобавок, американцы потребуют «остановить агрессию в Китае»… Между тем, самураи не только не собирались расставаться с уже оккупированными территориями, но и успели нацелиться на Голландскую ост-Индию (то есть Индонезию) – там имелась столь необходимая им нефть!.. И вдобавок (что важно!) – не могли позволить себе потерять лицо… Одним словом, напряжение нарастало… (При том, что, согласно опроса общественного мнения, за день до атаки всего лишь чуть более половины американских граждан ожидали войны). Заметим – адмиралу Ямамото с трудом удастся продавить свою идею превентивного удара… император разрешит операцию только 1 декабря...
…И вот – настало седьмое, воскресенье… Есть мнение, что коварные японцы подгадали специально… Во всяком случае, разнежившиеся под гавайским солнцем американские моряки и впрямь, похоже, думали не столько о службе, сколько о выходном. (Справедливости ради – высшее командование тоже считало нападение именно на эту базу крайне маловероятным – неприятностей ждали, скорее, на Филиппинах).
Так вот… часть экипажей вообще находилась в увольнительных ещё с субботы; побудку дали позже обычного; зенитные расчёты, правда, находились на местах – но исключительно формально… даже основная часть боеприпасов благополучно покоилась в погребах!.. По совпадению, или нет – налёт начнётся практически одновременно с традиционным подъёмом флага… (Всего на шести японских авианосцах было четыреста четырнадцать самолётов).
…Статистика дальнейших событий известна: две волны отбомбятся по мирно стоящему в бухте американскому флоту… семь кораблей будет потоплено, столько же – повреждено; три с половиной сотни самолётов уничтожены на земле или подбиты; более трёх с половиной тысяч человек – убиты или ранены. Потери японцев составят 29 самолётов, несколько сверхмалых подлодок и 64 человека. Вот такое соотношение…
…Поэтому атаку на Пёрл-Харбор принято считать блестящей японской победой – хотя, если присмотреться, она была чистым самоубийством… уже на следующий день США с Великобританией объявят Японии войну!.. Если же цель заключалась в нейтрализации американского флота, то она была достигнута на весьма короткое время. Каким-то удивительным образом, доблестные самураи утопят заботливо собранные в одном месте устаревшие корабли – а все четыре авианосца (главная ударная сила американского флота!) отсутствовали – причём три из них снимутся с места непосредственно перед нападением. Более того, лётчики почему-то проигнорируют находившиеся тут же подлодки, ремонтные мастерские, и, главное, – огромные нефтехранилища, запасы которых превышали резервы всей Японии!.. Таким образом, впечатляющий по цифрам ущерб отнюдь не окажется непоправимым – а от третьей атаки японцы почем-то откажутся, и предпочтут поспешно ретироваться…
…Принято считать (и показывать в кино), что японские самолёты обрушились на Пёрл-Харбор «как снег на голову» – но множество фактов указывают, что это было не совсем так. Предупреждения приходили давно, и из самых различных источников (включая нашего Зорге) – к тому же американцы взломали японские коды, и несколько месяцев читали всю шифрованную переписку!.. Более того, перед самой атакой пришла нота, фактически означавшая объявление войны – однако приказ о приведении в боеготовность передадут по гражданским каналам (военно-морской кабель, по стечению обстоятельств, окажется повреждён) – флот получит его, когда всё уже закончилось!.. (А вот Рузвельт прочтёт депешу вовремя – и, как говорят, без обиняков заявит: «Это война!» Между тем, японские авианосцы только занимали позицию – ни один истребитель пока не поднялся в воздух). Что ещё?.. Первую волну самолётов американские локаторы обнаружат за 50 минут до атаки – но решат, что это «свои»…
P.S. …В связи со всеми этими совпадениями, конспирологи вспоминают загадочную фразу, брошенную Рузвельтом британскому премьеру за несколько месяцев до событий. Черчилль торопил президента США со вступлением в войну, на что тот ответит: «Мы ждём инцидента…» (Была и другая, в значительной степени её объясняющая: «Возможно, что я никогда не объявлю войну, а просто начну её. Если бы я попросил конгресс объявить войну, то споры по этому поводу могли бы затянуться там на три месяца»). Впрочем, это – совсем другая история.