Объяснять, где находились украинские корабли.
Доказывать, что они нарушили границу.
Аргументировать тем, что нашим пограничникам были неизвестны намерения украинцев, он ведь могли и Крымский мост взорвать.
Говорить о том, что любая страна сделала бы то же самое, что вторжения в территориальные воды никто не потерпит.
Всё это совершенно ни к чему.
Потому что американцы не признают, что Крым – это российская территория.
Они не считают, что Керченский пролив теперь является российским.
Украинские корабли могут ходить по крымским водам и свободно проходить керченский пролив, это их территории.
Спецпредставитель США по Украине Курт Волкер объяснил в интервью "Голосу Америки" все именно так.
- Мы не приемлем и не согласимся с заявленной Россией аннексией Крыма.
- Мы не согласны с тем, что территориальные воды вокруг Крыма являются российскими. Они украинские. Поэтому мы не согласны с тем, что Керченский пролив является полностью российским. Мы считаем, что речь идет о совместном суверенитете.
Именно поэтому действия России – явные «нарушение международного права и нарушением двустороннего соглашения с Украиной».
Волкер, конечно же, поддержал инициативу генсека ДС Германии Аннегрет Крамп-Карренбауэр о запрете российским кораблям из Крыма и Азовского моря заходить в европейские порты.
- Это очень сильный и очень оригинальный шаг. Посмотрим, пойдут ли они на это.
Другая мера - отключение от международной банковской сети SWIFT (регулируется бельгийскими законами).
Но тут будут издержки для всех сторон, Запад тоже потеряет.
Тем не менее, это вариант должен сохраняться.
В общем, Волкер хотел бы как-то так наказать Россию, чтобы «прийти к такому моменту, когда Россия пожелает провести переговоры для выработки решения».
Для Волкера это момент возвращения, что-то давно его не было слышно.
Ну, а Порошенко мечтает об «азовском пакете санкций».
Конкретно он ничего не предлагает, но «Путин должен быть наказан» (это заголовок статьи Порошенко в New York Times).
- Сколько еще проявлений враждебности потребуется, чтобы выражения озабоченности со стороны Запада трансформировались в твердую валюту, которой пользуется Кремль, а именно силу?
- Цель России очевидна. Она хочет вернуться к тем временам, когда имущество и территории захватывались силой. Она начинает с Украины и будет двигаться на запад настолько, насколько этого позволит мир. Демократические страны стоят перед выбором: выступить в защиту правого дела или и дальше попустительствовать президенту Владимиру Путину.
А вот – главный перл:
- Путин слабее, чем – с его подачи – о нем думает Запад.
Вот так, Порошенко знает!
На самом деле, сейчас опять возникла ситуация «военной тревоги».
Порошенко не просто выдумывает, он, скорее всего, откровенно боится.
И хочет получить от Запада некоторые гарантии.
Волкер вроде бы тоже беспокоится, предупреждает Россию о последствиях «еще более агрессивных шагов» против Украины.
- Украинские военные теперь гораздо более способные, чем раньше. Это будет гораздо более дорогой опыт. Они потеряют последнюю возможность отрицать свою вину, за которую хватаются сейчас, а Украина получит большую поддержку.
Так или иначе, объяснять им что-то бесполезно.
PS. При всем притом о военном ответе речь не идет в принципе, это надо понимать.
Тот же Волкер говорит не о том, что будет военный ответ, а о том, что не стоит расширять "агрессию".
Почему?
Потому что украинские военные теперь "гораздо более способные", и "Украина получит поддержку".
А председатель объединенного комитета начальников штабов ВС США генерал Джозеф Данфорд четко сказал, ТАСС его цитирует:
- Не было военного ответа, не было дискуссий о военном ответе в Азовском море.
- Во-первых, наши отношения с Украиной сосредоточены на двух вещах: мы помогаем им с реформированием своих вооруженных сил, и второе - мы обеспечили их оборонными возможностями, чтобы они могли защищать себя. Чтобы не путать два вопроса, в настоящее время не ведется дискуссий в военном отношении на инцидент в Азовском море.
Так что объяснять американцам бесполезно, они будут использовать Керченский инцидент максимально.
Но при этом американцы сами установили себе границы вмешательства.
Никакого военного ответа не предполагается.